Танец Шивы

Этот драндулет вполне годился в качестве экспоната для выставки «Жертвы дорожных аварий»: передний бампер у него отсутствовал в принципе, крышка багажника была искорежена и находилась в полуоткрытом состоянии, а кузов проседал так, что о наличии задних колес можно было только догадываться.

Внутри все было не менее печально: правая часть руля оказалась наполовину отломана и держалась лишь благодаря скотчу – его намотали толстым слоем на места изломов. Когда же Абармид включил зажигание, стрелки на панели управления разом ожили и задвигались во всех направлениях одновременно.

Думаю, у нас за содержание авто в таком состоянии хозяина пожизненно лишили бы водительских прав.

– Боже мой, на каком кладбище автомобилей ты отыскал этот раритет? – не удержался я, чтобы не съязвить.

– Хороший друг одолжил, – сказал тот. – Мы сегодня заночуем у него.

– А он что, совсем нищий, этот твой хороший друг? – не унимался я. –Надеюсь, не в трущобах живет? Не в коробках из-под телевизоров?

– Вовсе он не нищий, – фыркнул Абармид, выводя машину из освещенной зоны терминала и погружаясь в полный мрак шоссе.

 – Наоборот, чрезвычайно состоятельный парень. И дом у него о-о-очень большой.

– Понятно. Значит, он просто знакомым одалживает эту рухлядь, чтоб не жалко было, если до конца разобьют, – высказал я циничное предположение.

– Не поверишь, но он сам ездит на «этой рухляди», – хмыкнул водитель. – Хотя мог бы позволить себе и дорогущий мерседес. Просто он ему не нужен. Здесь отношение к роскоши совсем другое: никто не стремится показать, какой он богатый или, как говорят в России, крутой.

Впрочем, понятие «богатство» очень неоднозначное. Например, у нас в Улан-Удэ многие семьи даже такому металлолому позавидовали бы – можешь представить, какая там нищета…

– Да уж, представляю, – посочувствовал я. – Кстати, я думал, что ты все еще живешь в Бурятии – поверил старым байкам на сайте. Знаешь, как я был шокирован, когда ты велел мне приезжать в Индию! Ты-то сам как сюда попал?

– Это долгая история и, наверное, не очень интересная, – сказал Абармид, внимательно вглядываясь в темную дорогу.

 – Но если коротко, то могу сказать, что попал сюда «по буддистской линии». Дело в том, что в Индии и Бурятии буддизм находится на особом положении: у нас глава правительства – буддист, а здесь живет Далай-лама, которого считают нынешним воплощением Будды. На этой почве буддистские сообщества двух республик подружились и начали обмениваться опытом выживания в современном мире.