Обороти меня. Часть 3. Назорей

Вот человек поднял медленно руку…

Вот он начал нажимать курок…

Вот оно направление дула, и Канни как на экране компьютера увидел у себя в сознании линию траектории пули и понял, как ему нужно повернуться в воздухе, чтобы подставить под эту траекторию свою шею…

Вот имплантат, который он увидел, как бы высвеченный зелеными линиями у себя на шее, и красная точка, куда должна попасть пуля…

Вот пламень из дула…

Вот пуля, вылетевшая из пламени, которая двигалась значительно быстрее, чем все остальное вокруг, но все-таки достаточно медленно, чтобы Канни успел подставить себя у нее на пути так, как было нужно…

Вот мысль о том, что, выбивая чип, пуля заденет его сонную артерию, и у него будет очень мало времени, чтобы не умереть от потери крови…

Вот внезапная нестерпимая боль от того, что из каждой частички его тела медленно вырывается что-то, что пронизывает каждый его нерв светящимися желтыми линиями, и спонтанный рев-крик, который вызвала у него эта боль, и который он не услышал, так как звуков не было, и он лишь почувствовал, как медленно резонировали его легкие и голосовые связки…

Затем все стало снова ускоряться, но на остатке замедления Канни все-таки успел подумать о том, чтобы выхватить у своего противника пистолет, успел продумать свое движение, успел вытянуть налету лапу и продеть свой коготь в курок так, чтобы не повредить особисту и плавно забрать оружие…

Вввхххииишшшщщщ…

Звук ворвался в его сознания, как непрошеный гость, и оборотень приземлился в снег на все четыре лапы, вмиг ощутив тяжесть своего тела.

– Вот и все, человек! – сказал Канни старшему брату, не сознавая, что вместо членораздельных человеческих слов из его пасти вырвалось лишь глухое волчье рычание. Отвернувшись от него, волк бросился в лес, чувствуя, как начинает медленно слабеть, и понимая, что у него очень мало времени.

Скачок… другой скачок… забор… снег по другую сторону… снова лес…

Силы все быстрее оставляли его.

Теперь каждое движение давалось ему с огромным трудом и требовало гораздо больше усилий, чем обычно. Все снова стало замедляться, но по-другому, как бывает во сне, когда хочется от кого-то убежать, а у тебя ноги словно деревянные, и никак не хотят слушаться. Звуки не исчезли, а наоборот стали громкими и давящими. Воздуха не хватало, дышать было больно, в пасти все пересохло, а в глазах стало рябить и темнеть.