Поединщик

– Само собой. В гостиницу вам соваться не стоит, – хмыкнул Йельд. – Что еще?

– У одного из новобранцев пришла в негодность обувь.

– Вижу, что здоровяк скачет на одной ноге, прямо как я. Сейчас же пошлю за сапожником.

– Во время перехода из Вейнринга мы попали под грозу с гор. И в одного рекрута угодила бесноватая молния.

– Ясно. Нужно забрать тело. Я распоряжусь выслать телегу.

– Тело здесь, и оно пока живое, – усмехнулся Скиндар. – Но ему необходим лекарь.

– Ничего себе, – удивился брадобрей. – Не зря говорят, что жителей Прочного круга ничего не берет.

Лекарей у нас в избытке. Тебе, Ловкач, не стоит его сопровождать по улицам и привлекать внимание к своему мундиру. Моя дочь Эльга проводит паренька и приведет обратно. Эй, кто-нибудь! – зычно крикнул Йельд.

Из разных углов двора высунулось несколько физиономий прислуги.

– Немедленно сбегайте за Зеленоглазкой. А вы, путники, проходите внутрь. Слуга покажет гостевые покои, и я пришлю кого-нибудь забрать и почистить ваши платья. К утру все будет готово, а сегодняшний вечер вы проведете в гроендагской одежке.

Мой винный погреб полон, Ловкач. Как насчет того, чтобы вспомнить прежние времена и выстроить вдоль стены армию из пустых бутылок? Тогда поднимайтесь в дом, а ты, юноша с платком на щеке, дождись моей дочки, и вместе ступайте к доктору. Вот, возьми один золотой, его с избытком хватит за прием, – с этими словами Йельд протянул Риордану монету.

– Он уже на службе, так что платит корона, – возразил Скиндар и тоже достал деньги.

Йельд не стал упираться, но пошарил в накладном кармане камзола и вынул горсть медяков.

– Тогда прибавь от меня вот это, чтобы лекарь не трепал языком, кому он делал перевязку.

Не успели гости подойти к крыльцу, как по его ступенькам буквально слетела девушка в белом сарафане до колен. Нисколько не смущаясь вниманием чужих людей, она при всех убрала распущенные волосы в толстый хвост и решительно поправила широкий пояс, которым была перехвачена ее тонкая талия. Ростом она превосходила Риордана на полголовы, ее личико поражало своей открытостью, глаза искрились смехом, а губы, казалось, готовы были сложиться в улыбку.

Шедший впереди всех Тиллиер так засмотрелся на ее стройные лодыжки, что запнулся о крыльцо и едва не расквасил себе нос о перила.

– Моя дочь Эльга, – с гордостью представил девицу Йельд. – В Гроендаге ее все называют Зеленоглазкой. Думал, ха-ха, поставить у ворот оглоблю, чтобы отваживать женихов, но пока она и сама справляется.