Нулевая спираль

– Смотри, тут произведения Толстого, Чехова, Гоголя, Горького, Достоевского, – его палец скользил по толстым обложкам книг. – На этой полке зарубежная классика – Хемингуэй, Уайльд, Сэлинджер. У меня даже фантастика есть – вот Гибсон, к примеру, или Дик с Брэдбери.

– А что в той комнате? – я кивнул в сторону другой двери.

– Пойдем, – он положил книгу на полку, – покажу.

Мы перешли в вытянутое просторное помещение. Кое-где стояли тренажеры, но большая часть была пуста. Стены здесь были обиты каким-то мягким материалом.

– Это наш тренажерный зал. Любимое место Хельги и Итиро. Я говорил, что он мастерски владеет мечом, да и вообще, в ближний бой с ним лучше не вступать? Нет? Хельга тут либо на тренажерах, либо с Итиро тренируется в рукопашном, либо практикуется в стрельбе, – Мэт нажал на кнопку в стене и в зале появились голограммы противников. – Я же, как видишь, сюда не часто захожу, – смеясь, похлопал он себя по животу. – Ну ладно, пойдем к ребятам, может, новенький уже спустился.

Мы последовали обратно к залу. Команда там оживленно о чем-то разговаривала с голограммой девушки, расслабленно сидевшей на одном из кресел. На диване сидел парень, тот самый, которого я видел при входе в кафе. Сейчас он сидел без капюшона и моё внимание привлекли очень сложные импланты, обрамлявшие его полуголый с легким ирокезом череп. Подобного рода устройства мне встречать ещё не доводилось. Увидев нас, он поднялся на ноги, все перешли на шёпот, девушка-голограмма пристально начала разглядывать меня.

– Ну, Алексей, знакомься – Джессика и Джек.

6. Инь-Янь

Фигуру девушки обтягивал темный матовый комбинезон. Убрав со лба прядь своих темно-зеленых волос, она улыбнулась. Тигровые глаза, обрамленные по краям радужки узором малахита, казалось, блестели от счастья.

– Здравствуй, Джеки.

Вот она, та самая девушка, которая была в его голове столько времени, та, чей голос был с ним с раннего утра до позднего вечера. Ставшая ему роднее всех вокруг, живая, стоит перед ним.

Попытка Джека обнять ее обернулась неудачей – голограмма распалась. Джесс, смеясь, отскочила.

– Увы, я всё ещё здесь, – она как бы постучала по одному из мониторов, стоящих в комнате. В её голосе слышались нотки грусти и досады, которые тщательно скрывались за широкой улыбкой. – Но я так рада, что мы наконец-то встретились.

Все смотрели на них, громко перешептываясь, но стараясь, чтобы их не услышали.