Приключение Арчибальда Д'энуре: в поисках Фиала

 – Есть одна старая баллада, о том, как Бог Без Имени с фьордлингами сделку заключил. Но она старая, ее еще мой дед пару раз напевал, да и сам я слышал ее лишь раз.

– Ну и ладно тогда, – Арчибальд потерял интерес к разговору, сосредоточившись на своей тарелке, но бард остался стоять возле стола.

Первым сообразившим, был Тог’рек. Он был опытным путешественником и знал, как нужно общаться с бардами. Здоровяк вынул из кармана три серебряных монеты и положил перед бардом. Тот сразу просиял, цапнул со стола монеты и затараторил:

– Вот, точно, вспомнил! Сейчас, сейчас!

Пока бард настраивал свой лангалейк, Арчибальд глянул на Тог’река, а тот лишь пожал плечами.

Д’Энуре понимал, что здоровяк всего лишь хотел сделать ему приятное, но как всегда, получалось это у него не слишком удачно.

Бард затянул еще более заунывную песню, чем была раньше. Слова песни проскакивали у Арчибальда между ушами, абсолютно не задерживаясь в голове. Что-то про славного героя; что-то про призыв Безымянного; что-то про соревнование; что-то про душу, что герой выиграл.

Ко второму куплету Арчибальд прислушался, но быстро расстроился: призвать могущественное божество просто выйдя в полночь на перекресток было глупо. Если бы все было так просто, то на каждом перекресте мира стояли бы толпы.

После обеда Арчибальд решил отдохнуть и проснулся уже после заката. Юиль сидела за книгой.

– А где Тог’рек?

– Пошел проведать Крепыша.

– Ясно.

Пойду поужинаю, Вы к слову уже поели?

– Нет, ждали Вас.

– Ну, тогда пойдем.

Владелица таверны лишь развела руками: время было позднее и еды почти не было. Она попросила подождать их полчаса, и она приготовит ужин «почти так же вкусно, как и у короля». К тому времени пришел варвар.

В самой таверне никого кроме них не было, даже барда, что мог бы попытаться развлечь их своими заунывными песнями.

– Я прогуляюсь перед ужином, все равно выспался днем, – сказал Д’Энуре и вышел на улицу.

Ночь была светлой и ясной: на небе не было ни облачка, а луна светило ярко, в полную силу. На улицах почти никого не было, лишь одинокие стражники несли свой дозор. Сезон земли все сильнее и сильнее вступал в свои права, но даже с учетом этого, ночью на севере еще случались заморозки. Д’Энуре не чувствовал холода. Какая ему теперь разница отморозит он уши или нет? У него осталось не более четырех-пяти лет.