Левша. Том первый

– Ну, хлопцы, – проговорил селянин – цэ ж дыво! Пойыхалы до кума, там йэ гараж, ты ж у срибли-золоти увэсь будэшь!

Вася не обращал на него внимания, его до сих пор трясло от того экстаза, что он ощущал работая с машиной. Нереального, запредельного, похоже даже лучшего, чем давно позабытый секс. Аз видел его душу и улыбнулся, теперь спиртное будет для пациента лишь средством для промывания деталей, а не кишок. Работа будет его смыслом существования и самым главным «наркотиком» в жизни. Он не ошибся, Василий был настоящим Левшой, Вадим будет доволен.

Пока его друг стоял с открытым ртом и переваривал новые ощущения, Аз подошел к водителю с вполне меркантильными целями. До Тихого Бора им топать с неделю, а у крестьянина был полный багажник разнообразной еды. Наконец крестьянин поехал на своей мягко переваливающейся и урчащей машине, а змий всучил пакет с продуктами Васе.

– Это всегда так? – тихо спросил Василий.

– Нет, – расхохотался Аз – это только начало. Тебе придется поднапрячься, тебя ждет Работа.

А это так, мелкий ремонт, чтобы в дороге с голоду не пухнуть. Потопали Левша, дорога нам предстоит дальняя.

По пыльной, грунтовой дороге шли двое. Древний волот Аз и бывший приспособленец, бывший алкоголик и бывший бомж Василий. Впереди слышался шум машин, проносящихся по трассе. И в нем Василию чудился звук новых идей, горестей и испытаний. Но главное, в нем был ясный и понятный отзвук надежды.

Глава четвертая.

Ветка липы подрагивала в руках Васи и, казалось, насмешливо трясла листьями.

Левша сосредоточился, даже прикрыл глаза. Но нет, ветка так же издевательски зеленела. В раздражении он отбросил зеленый побег.

– Аз, – пробурчал он – это попросту невозможно!

– Ах ты горюшки-то какие, – насмешливо засюсюкал змий, всплеснув худыми старческими ладошками – так и на горшок ты не всегда успевал, научился же.

– Сравнил, – пробурчал Вася и поднял ветку.

Смотреть душой, напоминал Левша сам себе уроки Аза, увидеть суть до последней мелочи, до молекулы, до атома.

Как, мать ети, можно увидеть молекулу, задался вопросом Вася.

Аз смотрел на пыхтящего от напряжения Левшу холодными змеиными глазами. В его душе боролись радость и отчаяние. Скольких он научил? Десятки! И все бы ничего, но Андре, его последний ученик… точно так же они стояли тогда на берегу Рейна, и точно так же Андре пыхтел над зеленой веткой. Аз даже вспомнил, что тогда это была дубовая веточка. Дальше вспоминать было больно и змий переключился на Васю.