Тай

– Если ты, – тихо, но внятно сказал он – еще раз проявишь ко мне неуважение, я тебя… – Тай порылся в ее памяти ища нужную угрозу – … я тебе приснюсь. Ясно? А теперь проваливай, мне нужно побыть одному!

Странная тенденция, подумал Тай, глядя на убегающую Палаткину, я тут только появился, а от меня уже сбежало две женщины, надо прекращать пугать население, а то найдутся непугливые.

Живот болел все сильнее и принялся кровоточить. С этим надо было что-то делать. Догматик пошел к зеленым ящикам в поисках еды.

Позади послышался смех и аплодисменты. Тай обернулся и увидел тощего старика, но от него несло настоящей силой. Видимо это был Посадник. Ни запугать, ни тем более убить Посадника Тай даже не мечтал.

– Молодец! – усмехнулся Посадник – Я думал, ты не справишься.

– С чем? – удивился Тай.

– Мы заключили пари, когда ты приперся сюда, – охотно объяснил Посадник – я утверждал, что без памяти ты сразу же прикончишь какого-нибудь человечка. Тогда бы я вызвал взвод Паду и тебя уже бы волокли на Внутренний Круг.

Но ты сдержался, так что я выполню свою часть пари и сделаю вид, что тебя не видел. Толку правда от этого не будет. Тебя все равно найдут рано или поздно.

– Как тебя зовут? – спросил Тай.

– Давэр, но местные меня предпочитают называть Авадон, – ухмыльнулся Посадник Демиурга – Ладно, мне пора, дел много.

– Постой, – окликнул его Тай – я шел в Тяжелые Миры не один…

– А, та мелкая, злобная и безногая заноза в пятке? – Давэр засмеялся – Она рядом, а как ее оттуда выковырять? Это уже твои проблемы.

Хотя я бы не стал заморачиваться. До встречи Тай.

Старик исчез, а Тай принялся ворошить зеленые ящики в поисках пищи, размышляя из какого «рядом» так сложно извлечь Кубану. Да и стоит ли это делать. В конце концов Догмы тут не действовали, и он не был ей ничем обязан.

Глава 3.

Мертвый мозг хранит информацию плохо. К тому же Богданов, бывший владелец, был слишком эмоционален. Отделить факты от полыхающих чувств в его воспоминаниях было не легче, чем вырезать ядовитые железы у ящериц-корэга.

Требовалось время и спокойное место. Тай шел по улицам города и на него оборачивались люди. Это было неправильным. Он должен сливаться с толпой, а не выделяться.

Он уже сжал поврежденные сосуды на животе, но все равно кровь капала на землю. Кроме того, когда Богданов умер, то упал лицом на «асфальт», который, судя из раздраженных воспоминаний мертвеца, делали из навоза.