Тир и Виктория

– Ширка, зачем ты ломаешь мне жизнь. Что плохого я тебе сделала?

– Ух, бедненькая. Как заговорила. Но хватит говорить. Пора сладко стонать.

Ширка снял кожаный ремень и ударил Вику сзади. Девушка закусила губу. Начинался новый этап унижения. Как только бродяга встал сзади, дверь распахнулась и внутрь влетел один из его подручных.

– Ширка! Полисмены напали на фабрику! Горим! Стекла бьют, собираются всех бродяг загрести. Прознали, что мы тут кучкуемся! Пошли, надо держать оборону!

– Ах ты ж, якорь им в якорь! Не могли полчаса подождать? Так, ты, замухрышка, жди здесь и никуда не уходи.

Сейчас отобьемся и я вернусь. – На этих словах Ширка нацепил ремень и убежал.

Его подручный подошёл к девушке и принялся молча разглядывать.

– Убей меня, пожалуйста. – Прохрипела Вика.

– Ты хорошая. – Бродяга вынул нож, подошёл к девушке вплотную и резко взмахнул лезвием. Через секунду раздались шаги выходящего из комнаты хулигана.

Вика зажмурилась, но не почувствовала боли. Открыв глаза, она увидела, что веревки разрезаны.

Свобода. С груди девушки будто сняли огромную плиту. Схватив свою одежду, бродяжка быстро оделась, и даже нацепила шляпку. Помирать, так красивой.

Внутри фабрики, тем временем, развернулись настоящие бои. Отовсюду доносились крики, выстрелы, грохот, звон разбивающегося стекла. Вика не знала, как правильно поступить. Надо было бежать, но в коридорах и залах шли бои. Что делать?

В ту же минуту Тир оказался у входа на заброшенную фабрику Нисона. Здание было оцеплено, туда никого не пускали.

Изнутри раздавались звуки боёв. Дело было серьезное. Очевидно, что властная истерика и сопротивление со стороны бродяг привели к тому, что подобные средоточия маргинальных элементов вычищались полностью. Первый же представитель власти, который доберется до Вики, убьёт её. Надежда была на то, что бродяги продержатся, пока Тир ищет свою бродяжку.

– Иди отсюда. – Крикнул полицейский. – Идёт операция по зачистке. Тебе там делать нечего.

– Вы, пятеро. Вам жизнь дорога? – Спросил жонглер, разглядывая оцепление черными глазами.

От него по-прежнему исходил холодный мерцающий туман.

– Ещё раз повторяю – пшел вон отсюда!

Тир резко расставил руки и выкрикнул будто громовым раскатом странную фразу не непонятном языке, похожем на древнегерманский. Небо моментально заволокло тучами, отовсюду завыли шквальные ветра, воздух замерцал и побелел, будто накрытый туманом. Полицейские схватились за горло, и, задыхаясь, разбежались, покинув пост.