Шутка

Мы просидели в полной тишине около пяти минут, пока она не заговорила.

– Мне было трудно. – Её голос звучал измождённо. У меня чуть слезы не навернулись от всего лишь трёх слов, упавших с трясущихся губ жены. Хочется сказать очень многое, но вот сделать это нет сил. – Всё произошло слишком резко, то одно, то другое. А потом ещё и это. Я не знала, что делать.

Она всхлипнула и вытерла тыльной стороной ладони ямку между верхней губой и носом. Глубоко вдохнув, Лена продолжила.

– Я несколько дней ничего не делала.

Кормила малышку, но находилась в каком-то… какой-то… не знаю. Я будто с тобой впала в кому. – Её голос задрожал. – На работе дали безвременный отпуск, но я всё равно отвезла Настю к своим родителям. У меня буквально опустились руки. Я не хотела никого видеть, вообще никого. Кроме тебя. Я приходила к тебе почти каждый день, а ты сох на глазах.

Она опустила руку и достала из сумки поломанный желтый цветок.

– Чёрт знает, зачем его купила. – Лена подняла голову, и я увидел уставшие заплаканные глаза, всё ещё отвёрнутые в сторону.

 – Смотри, он такой был сразу. Чуть надломанный стебель, и лепестки скоро отпадут, но я торопилась приехать и схватила первый попавшийся. Тогда он показался самым красивым, но теперь мы оба видим, что это не так. Верно?

Теперь она посмотрела прямо на меня. Будто молния ударила и пробила насквозь от темечка до пяток. По спине побежали огромные мурашки и грудь сократилась в нервном вдохе. Такие родные глаза Лены теперь полны боли.

Я никого не хотел обрекать на подобное.

– Прости… – слова из меня вырвались почти случайно.

– Я давно тебя простила, – Лена легко усмехнулась и принялась вертеть цветок в пальцах, – ведь была уверена, что ты понёс самое страшное наказание. Даже слишком страшное.

Она опустила опять голову и убрала цветок в сумку, небрежно смяв стебель в глубине. Я услышал тихий хруст.

– Лена… я… ничего не помню…

Лена округлила глаза.

– Это правда?

– Не то, чтобы совсем ничего.

Но вот то, как я попал сюда… в эту кому и больницу… нет, пустота.

– Ты просто… – она подбирала слова, будто смакуя их на языке, прежде чем сказать. – Ты просто упал посреди комнаты у дивана. Я подбежала к тебе и положила на колени. Думала, что это обычный обморок, но всё равно вызвала скорую, и тебя увезли. И вот теперь мы здесь, снова говорим. Прошло почти три года, Коль.

Меня затрясло, я повернулся к потолку, потому что слёзы обрушились из глаз.