Охота на Минотавра

Перед уходом с места преступления убийца вырезал скальпелем на спине девушек мифического получеловека-полубыка Минотавра…

Из дневника неизвестного:

… Мать опять привела любовника среди бела дня. Она закрылась с ним в спальне и громко включила музыку. Мать совсем не осознает, что мне одиннадцать лет и я давно все понимаю. Даже сквозь громкую музыку я слышал ее заливистый смех, а позже сладострастные стоны. Когда приехал отец, я хотел ему все рассказать, но мне было стыдно. Я знал, что отец любил ее до безумия…

…Через полгода отец сам обо всем узнал.

Он приехал из командировки небритым, осунувшимся, и от него сильно разило перегаром. Я поздоровался с отцом, он нагнулся и поцеловал меня в щеку. Взгляд у него был печальный, как у затравленного волка. Мать в это время на кухне гремела кастрюлями.

«Валера! – позвала она отца,– мой руки и проходи ужинать…»

Я сел в комнате играть в компьютер и вдруг через несколько минут услышал гулкие выстрелы на кухне. Я вылетел из комнаты и увидел на полу кухни маму в луже крови.

Дверь на балкон была открыта, и внизу, на асфальте лежал отец. С высоты пятнадцатого этажа он казался маленьким, как муравей…

2

Никакие преступления нельзя оправдать. Тем более зверские убийства. Есть границы, за которые не стоит переходить нормальному человеку, но в расследовании мы имели дело с явным психом. Майор Семенов отправил меня встретится с известным в нашем городе профессором-психатром Владиславом Ильичом Ващинским.

В небольшом и уютном кабинете у профессора все располагало к искренним и задушевным беседам.

Седой, с маленькой бородкой, Ващинский был уже немного ознакомлен с делом о «Минотавре». После того, как и мы поздоровались, я сел в удобное мягкое кресло, и с ходу задал ему вопрос:

– Так зачем он обривает наголо своих жертв, Владислав Ильич?

– Я посмотрел фото девушек…– голос у психиатра был тихий, будто он с силой выдавливал его из себя. – Все они при жизни были довольно привлекательны.

Когда он обривал их, то обезличивал, делал бесцветными куклами.

– Потому и солдат в армии раньше обривали наголо, чтобы обезличить? – усмехнулся я.

– Знаете, Сергей, во многих культурах считается, когда человек обривает голову – он прощается с прошлым. Мастера восточных единоборств и сейчас заставляют учеников брить голову, чтобы отбросить лишние мысли… но маньяк, я считаю, просто обезличивал и уродовал своих жертв… он просто их ненавидел.