Потомок Белого Ягуара

Все они, живут в сладком неведенье того, что происходит на самом деле. Здесь все совсем не так, как учили родители, школа, телевизор. Ты смог это понять, потому что тебя жизнь загнала в угол, позволив тебе прозреть, проснуться, увидеть все в корне. Теперь ты должен помочь в этом разобраться другим, пока еще не стало поздно.

Китайский будильник, с множеством ненужных функций, осветил комнату слабым голубоватым свечением, заставляя все волоски на теле вставать дыбом, а кожу делаться «гусиной». Мистика и чудо на сей раз были не в причудливых тенях, расползающихся по стенам и потолку, а в фальшивой монотонной мелодии: happy birthday to you… happy birthday to you… happy birthday to you…

Он прищурил глаза для того, чтобы разглядеть черные цифры.

Будильник, как бы напоминая, показывал 3:00.

– Вот же китайцы! Все просчитали… молодцы… спасибо! – воскликнул он и оглядывая восторженно стены, которые так тяготили его последние месяцы, не давая заниматься просвещением всего мира, твердо решил.

 – «Это все не просто так… Даже дешевый китайский будильник поздравляет меня с тридцатитрехлетием… В этом мире не бывает случайностей… Христос, видимо, тоже прозрел только в тридцать три, пусть и проповедовать начал, аж на три года раньше…»

Размышляя какие пережитые печали и горести сподвигли Иисуса Христа заняться своей нелегкой просветительской деятельностью, которой он в результате, пускай и ценой собственной жизни, изменил мировоззрения неисчисляемого количества людей, он погрузился в сладкий сон, о чем могла стопроцентно свидетельствовать счастливая улыбка на его, до того угрюмом, лице.

2.

Настойчивые звонки в дверь, раздражающие каждую клетку мозга, не исчезли даже после пробуждения. Пытаясь понять, сколько он проспал, а судя по сонному и еще довольно хмельному состоянию – не долго, он, сильно прихрамывая на левую ногу, поковылял к двери. Мимолетно брошенный взгляд на будильник отпечатал в сознании 05:46. Сновидение, в котором и начали трезвонить в злополучную дверь, уже никак не вспоминалось, но на момент пробуждения, оно казалось таким приятным и красочным, что выходить из него было сущей мукой.

– Кого черт принес в такую рань? – подходя к двери, немного оступившись на больную стопу, жилец громко выругался.

Связка из минимум десятка ключей, половина которых уже давно ничего не отмыкала, грузно свисала с металлического кольца, продетого, в самый массивный ключ, торчащий из замочной скважины.