Вниз по лестнице

Еле успел заскочить в уже отходившую маршрутку. Мне повезло, и водитель подождал, увидев, как я на бегу машу рукой.

Я отряхнулся и сунул руку в карман за мелочью. Протянул водителю деньги во время заминки на светофоре и поблагодарил. Маршрутка была почти пустая, и я сел спереди поближе к выходу, держа одну ногу на низком старте, хотя ехать ещё минут пятнадцать. Внутри у меня закипала какая-то злоба, но скорее она была вызвана тем, что я понятия не имею зачем еду. За окном начался настоящий буран, и с первым сильным дуновением, от которого шатнулась маршрутка, пришло СМС от Светы: «Можешь не приезжать.

Погода просто ужас. Не хватало, чтобы и ты заболел. Мы вызвали доктора, скоро он должен приехать»

Я ничего не ответил. Мне оставалось ещё несколько минут, а там рукой подать до дома Данила, хотя в такую погоду это займёт чуть больше времени, чем обычно. Я чуть не пропустил место, где должен был выйти. Окна внутри покрылись толстым слоем инея, и мне пришлось вглядываться в тонкую полоску между снегом снаружи и нижней рамой окна.

Выскочил и чуть не поскользнулся. Снег бил теперь в спину вместе с ветром, от чего казалось, что я бегу быстрее, чем обычно. Вот уже дом Данила, и у подъезда припаркована машина скорой помощи. В ней лишь водитель, и я надеюсь, что моего друга не придётся госпитализировать. Я уже хотел позвонить в домофон, как наружу вышла женщина, испугавшись меня, стоящего в чёрном пальто и чёрной шапке. Я кивнул ей и забежал внутрь.

Двери в квартиру Данила на третьем этаже были открыты, и я ещё на лестничных пролётах различил бренчавшие голоса на повышенных тонах.

– …не поеду. Что за бред? И это тоже нет!

На этой фразе я приблизился к двери, и в мою сторону обернулись женщина-врач два мужчины санитара.

– Лёш, ну ты слышал? – крикнул Данил, глядя между сотрудниками скорой помощи в мою сторону. – Они говорят, надо ехать с ними. За каким чёртом? Мази есть! Со мной всё в порядке. Света, ну что ты стоишь? Скажи им!

Я протиснулся между двумя мужчинами в прихожую, немного занеся грязного снега за пределы коврика для обуви.

Встал рядом с Данилом и плачущей в ладонь Светой. Она смотрела куда-то в потолок и выглядела потерянной, отстранённой. Снимая шарф, я заметил, как в одном глазу Данила лопнули все капилляры, какие только могли.

– Поймите, мы не заставляем, – начала нежным голосом женщина, сжимавшая до побелевших костяшек на руках какие-то бумажки, – но настоятельно рекомендуем лечь на карантин.