Вперед в СССР

От этого всего свихнуться можно, мне ведь сорок два, как я мог очутиться в теле себя самого, в подростковом возрасте?

Раньше, очень давно, я увлекался книгами о «попаданцах», находя некоторые сюжеты довольно забавными. Пока не доходило до того места, когда очередной «попаданец» начинал собирать компьютер, автомат или самолет в лохматом тринадцатом или восемнадцатом веке, причем из подручных средств. Чушь собачья. Я работаю инженером-строителем, а что нового могу предложить человечеству в середине восьмидесятых? Собрать мобильный телефон или «айфон»? Или смонтировать новые очистительные установки? Да ни хрена я не смогу без проектов, нужных деталей и толковых помощников…

Еще одна категория «попаданцев», неожиданно попав в СССР в конце тридцатых годов, всеми способами прорывались к Сталину, чтобы предупредить о надвигающейся угрозе в сорок первом году.

Что же мне теперь, ехать к Михаилу Горбачеву, и растолковывать, что перестройка не стоит и ломанного гроша? Что америкосы объегорят его как лоха с договором об уничтожении ракет средней и малой дальности, через несколько лет распадется СССР и Россия вступит в смутную эпоху лихих девяностых, впрочем верховодить там будет уже другой деятель…

Я покачал головой.

Нет, конечно я никуда не поеду. И не стану никому ничего говорить. Дело это мутное. Увезут потом меня мрачные люди в погонах далеко на север, где белые медведи летом в валенках ходят или посадят в заведение с окнами на решетках… Ладно, поживем-увидим. Я решительно поднялся к квартире и нажал кнопку звонка.

Дверь с небольшим тягучим скрипом открылась. На пороге стояла моя молодая мама в зеленом фланелевом халате.

– Сережа, что не заходишь? Я же в окно видела, ты давно в подъезд вошел. Что, опять ключ посеял?

Совершенно опешивший, я медленно шагнул в коридор. Мама… я совсем позабыл, как она выглядела в тридцать четыре…Стройная, кареглазая, с внимательным и чуть тревожным взглядом, для мамы мы всегда дети – хоть нам пять, пятнадцать или даже пятьдесят…

Я внимательно смотрелся в прихожей.

Все совершенно так, как тридцать лет назад. Светлые розовые обои с цветочками, небольшой шкафчик и железная обувная полка. Я разулся и заглянул в гостиную: на диване лежал молодой отец в спортивном трико и белой майке. Он внимательно читал газету, а младшая сестренка Маришка старательно выводила акварелью каракули в альбоме.

– Сережа, мы уже поужинали, мой руки – и за стол. Пюре еще горячее. – мама быстро прошла на кухню.