Обилие образов лилий

Дешама, к тому моменту уже разбогатевшего на своем таланте привлечения детей к экранам телевизоров и обложкам комиксов, пригласили в Йоркский университет дать лекцию о маркетинговом продвижении творений своих писательских трудов. Ричи был впечатлен энергичным выступлением Дешама, так сильно отличавшегося от остальных профессоров в университете, контрастировавшего на фоне их скучного бубнежа эпатажными заявлениями и практическими советами, которые он смело бросал бронзовыми копьями с лекционной стойки в сторону впечатлительных студентов, пронзая их неокрепшие умы.

Ричи был не единственным студентом, кто подошел к Дешаму после лекции с целью выразить своё восхищение и поблагодарить его за такое чарующее выступление, – конечно, не без внутреннего намерения набиться к нему в ученики и попасть в труднодосягаемый бизнес, сулящий богатство и славу, – однако, он был единственным, кто приглянулся Дешаму, тот сказал Ричи: «Ты толковый парень, навести меня как-нибудь, буду рад свежему взгляду и молодецкой прыти», – и протянул ему свою визитку. Ричи удалось впечатлить Дешама за те несколько минут что они разговаривали, и он решил не упускать такой шанс. Уже спустя какую-то неделю он сидел в его шикарно мебелированном кабинете, а через две – на террасе его загородного особняка, где солнечные лучи играючи щекотали волоски на руках Ричи и его Ментора. Они часто сидели на резных креслах из сандалового дерева, а рядом неизменно стоял гладкий палисандровый стол, на столешнице были вырезаны плетенные кольчатые узоры, напоминающие по форме темный блеск золотых колец кольчуги Афины Паллады, словно сошедшие с холста Густава Климта, на столе покоилась серебряная лохань полная всегда свежего винограда, для ног же, между креслами и столом, была скамейка. Обедали они при всем убранстве, наперед покрывая кресла узорной тканью они насыщались пищей беседуя, попивая свежевыжатый апельсиновый сок или вино из златых кубков, Дешам искусно подбирал каждую отдельную часть своего интерьера. Здесь Ричи делился своими литературными наработками и идеями, попутно цепляясь за каждое брошенное слово Дешама, Ричи излагал свои намерения и советовал собственную кандидатуру тут и там, в разговоре он быстро скакал как горный козёл с одного на другое, наудачу, за каких-то пятнадцать минут мысленно перепробовав себя во всех потенциальных стезях, от литературы до режиссуры и актерства.