К пеплу, к праху, к крови

– Сайомон, мы оставили это в прошлом, – с ноткой удивления сказал Вайартер, – почему ты продолжаешь к этому возвращаться?!

– Да, мне помнится, мы на одном из прошлых заседаний обсуждали эти когти, – барон Вермандер.

– И тогда решили, что это медведь, – баронесса.

– Если это медведь, как он приволок его на восточную окраину города? – задала свой скептический вопрос госпожа Амласи, – или вы хотите сказать, он убил его в черте города? Я не припомню в городе медведей, ещё и таких больших.

– Медведь, Демон, может это ножевые ранения? в любом случае этот неведомый убийца вроде бы неплохо справился, разве нет? – непроизвольно весёлый голос начальника порта Палла.

– Верно, дружище Палл, мы же говорим о насильнике и убийце, который в итоге получил по заслугам! – снова воскликнул Данте#2.

Сайомон всё это время смиренно ждал, пока заседатели выговорятся, про себя собирая из их пространных порывов то, за что можно будет зацепиться и на основе этого вести свою линию. Последнее: «в итоге получил по заслугам» – то что нужно.

– Вы не совсем правы, дорогой Данте, – обратился он с пристальным взглядом к Данте#2, так, как это делали и все остальные, когда в комнате присутствовали оба брата (а то что отец назвал близнецов одинаковыми именами просто блажь, глупость и неуместное озорство!), – как не совсем правы и вы, дорогой друг Палл. Вы оба образчики невероятного трудолюбия и самоотречения на своих поприщах, поэтому нет ничего удивительного и тем более постыдного в том, что вы запамятовали важнейший принцип справедливости, который, однако, является фундаментальным на поприще моём, и хоть я раз за разом терплю на этом поприще неудачи, забыть этот принцип, для меня бы означало – умереть! Этот принцип звучит так, – Сайомон сделал паузу, убедиться, что его речи внимают, – справедливость – это не только соответствие воздаяния совершённому деянию, но также и связь, объединяющая частные интересы, поэтому любое наказание, не вызванное необходимостью сохранить эту связь – несправедливо!

– И как медведь-убийца в данном случае нарушает эту связь?

– Как?! Хравн Висельник такой же член общества, как и мы.

Он ничем не отличается от нас, кроме как, выбором своего преступного пути. То, что этот выбор претил интересам общества и нарушал нашу связь, в свою очередь, значит, что он должен был понести справедливое с точки зрения общества наказание и я, как выбранный поборник этих интересов…

– Тебя не выбрали, а назначили, Сайомон, – баронесса Сванхильдар.