Кровосос: реванш Люцифера

В последний раз я ужинал при свечах, когда делал предложение своей жирной корове. Все было точно так же мерзко и фальшиво. Да и воняет от них, по-моему, одинаково. Но мне нужна кровь. Человеческая кровь. Как же я хочу его. Я хочу бомжа. Я хочу выпить бомжа как бутылку кока-колы. Твою же мать! Совсем крышу снесло от голода!»

– Как тебя хоть звать, добродетель? – спросил мужик, подавая Сергею стакан воняющего на всю округу самогона. – Меня Вован зовут, если чё.

– Меня Серега! Давай Вова за охоту, так сказать! – Пацкевич дождался, пока Вован прильнет к стакану, а сам вылил свой самогон на землю.

 – Ты кушай Вова, не стесняйся! А главное пей! Пей, сколько влезет!

– А ты почему не ешь? – засовывая в рот большой кусок пиццы, спросил Вован. – Бери, я на двоих купил.

– Кушай, Вова, кушай. А я попозже поужинаю, уж поверь!

Через два часа «королевского» пиршества у Пацкевича за спиной образовалась лужа самогона, а изрядно опьяневший Вова сидел на диване и с упоением рассказывал о своих военных подвигах во времена афганской войны.

Пацкевич с удивлением смотрел на своего гостя, не понимая, как человек может столько выпить и не упасть плашмя.

– Помню я, десантируют нас под Кандагаром, а там духи… целая армия духов лезет на нас со всех сторон! Бах! И в дамки…

– Вова! Володя, а давай за десант! – Сергей подал бомжу налитый по края стакан «ядерного» самогона.

Вован выпил его одним большим глотком, поморщился, и продолжил свой бессвязный рассказ. Подождав около десяти минут, Сергей понял, что его «ужин» не собирается отключаться.

Нащупав ногой, лежащий на полу обрезок доски, Пацкевич незаметно поднял его и спрятал за спиной. Дождавшись момента, когда гость опустит глаза в пол, Сергей размахнулся и со всей силы ударил доской бомжа по затылку. Удар оказался такой мощности, что осколки доски разлетелись по всей комнате, а Вова буквально встрял носом в пол.

«Так-то лучше. Спит как младенец, – подумал Пацкевич, наклоняясь над беззащитной жертвой. – О боже, как же ты воняешь! Мое обостренное чутье уложит меня в могилу! Главное не перестараться, он мне живым нужен.

Собственная фабрика крови дома не помешает. Мать твою, до чего же я докатился…»

Сергей широко открыл рот и впился всеми оставшимися зубами в шею несчастного бездомного. Горячая, густая кровь мощным потоком хлынула из раны, насыщая организм кровопийцы безмерной, неистовой силой. Пацкевичу настолько понравился вкус человеческой крови, что время для него остановилось.