Стрела, монета, искра. Том III

Дальше повел речь о путешествии кораблем и о приеме у графа. Упомянул все возможные мелочи: и «Голос Короны», что читали на борту, и дурную Джоакинову выходку, и даже «птицу с южной душою». Разговор с графом Шейландом он воспроизвел чуть ли не дословно. Человек, похожий на пивовара, почесывал шею и благосклонно кивал.

Затем Хармон описал дорогу от Дымной Дали к Солтауну, столкновение с сиром Вомаком, бегство от погони, добрался до встречи с корабельщиком и во всех деталях пересказал их цветистый спор о цене.

На всякий случай поведал даже о том, как предлагал Предмет барону Деррилу – хотя об этом слуги барона знают и без него, но все же пускай убедятся в правдивости. Хармон окончил рассказ моментом, когда ночью к нему постучался Вихренок. Сложно поверить, что это было всего неделю назад… Жизнь тому назад – так будет вернее!

Тучный мужчина выслушал его, потер ладони, заговорил:

– Итак, Предмет достался тебе от графа Виттора Шейланда.

Граф продает его затем, чтобы выплатить Ориджинам невестин выкуп. А к тебе обратился по совету своего кастеляна Гарольда. Так получается с твоих слов?

– Да, добрый господин, так и получается.

– Давеча моему товарищу ты сказал, дескать, леди Иона знает, что граф продает Священный Предмет. Верно?

Хармон соврал об этом, но теперь побоялся отступиться.

– Да, добрый господин.

– Тогда выходит, если верить тебе, что герцог Ориджин – великий властитель Севера – отдал свою единственную дочь купеческому внуку, который к тому же распродает фамильное достояние.

Правильно?

– Добрый господин, я не говорил, что герцог Ориджин знает о продаже, я только сказал о леди Ионе. И граф не распродает достояние, а продает всего лишь один Предмет.

– Да-а-а? – прищурил тучный свои лукавые глазенки. – И откуда ты это знаешь?

Хармон потер бороду.

Она была грязной и слипшейся, будто кусок пакли.

– Если так посудить, добрый господин, то вы правы – я не знаю. Мне просто так показалось.

– Тогда вполне может быть, что граф Шейланд продает не один Предмет, а два или три?

– Да, добрый господин.

– А может быть и так, что дал тебе не один Предмет, а два? И первый ты уже продал негоцианту, а денежки припрятал?

По спине Хармона пробежался озноб.