Янмэйская охота. Том I

Бакли обещал Дейву больше, чем нужно, а в довесок пригрозил: «Предашь меня – вернусь в Южный Путь и найду твоего отпрыска. Уж я найду, не сомневайся». И Дейв тоже стал послушным псом, хотя проявил одно малое своеволие. Бакли велел своим слугам: «Забудьте имена, они теперь ни к чему. Ты будешь Семь, ты – Восемь, ты – Девять, а ты…» Трое согласились, но Дейв отрезал: «Я – Дейв, чтоб мне в земле не лежать!»

Корвет «Пес на бочке» одолжил для предприятия барон Грейхаунд – вассал маркиза Грейсенда, вассала герцога Лабелина.

На этом быстроходном судне Бакли и его четверка опередили остальную эскадру и прибыли в Лаэм тремя днями раньше «Величавой» – и раньше того часа, когда о визите Лабелинов заговорит весь город. Пузатый зверь, за чьей шкурой охотился Бакли, еще не мог подозревать, как близка опасность.

* * *

Бакли взялся за дело, не теряя ни минуты. Когда солнце показало розовый бок над горизонтом, и дворники зашуршали метлами в богатых кварталах, и первые извозчики и водовозы выкатили на улицы, протирая глаза кулаками, – Бакли уже был на площади.

На той самой, где еще чернели на мостовой остатки сажи от костров мастера Гортензия. Бакли выдал парням по горсти агаток, и они разошлись в стороны, перехватывая каждого, кто показывал на площадь свой ранний нос. Водовозы и извозчики – как раз нужная публика!

– Небесный корабль? Ха-ха-ха! Был такой, кто ж его забудет! Здоровенное такое чучело торчало прямо вон там, где сажа.

– Да-да, так и было, истопник Гортензий на свою беду изобрел.

Денег вкинул ого, а прибыли – пшик. И правильно: подумал бы сначала, кому оно надо, а потом изобретал.

– Проклятущая штука! Хорошо, что улетела!

Дело сразу заладилось, опрос пошел как по маслу. Все помнили небесный корабль и его создателя, и даже некоего Хорама, купившего шар.

– Был такой чудак откуда-то с севера. Шатался тут с бородой. Вроде, звался Хорамом. Да, точно.

– Он, кажись, недавно разбогател и не успел понять, что с деньжищами делать. Так и норовил спустить на чепуху.

– Ага, он, он шар купил! Я хорошо помню: Гортензий от счастья всю площадь угостил вином!

– Я тоже помню. Дешевым.

Люди Бакли перешли к главному вопросу: куда делся этот Хорам?

– Тьху! Кто ж его знает!

– Укатил – и скатертью дорога. Не больно-то скучаем.

– Не укатил, а улетел! Ха-ха-ха!

– Слава богам, что улетел. А то понаехали в Лаэм – дышать тесно.

Парни Могера насели плотнее – посулили монету, потрясли за грудки.