Райская птица

Ты сказала, что работала в ателье… – почесывая левую бровь, задумчиво смотрит мне в глаза.

– Да, я шила платья: вечерние, свадебные… – осекаюсь, почему он спрашивает?

– Ты больше не хочешь шить?

Сердце в груди делает кульбит. Еще спрашивает…

– Очень хочу. Я люблю творчество, люблю свою работу. Но мои документы пока не готовы, кто меня возьмет на работу? – опускаю голову в тарелку.

– Ты можешь шить дома, – слышу голос Ильи сквозь звон в ушах. Вздрагиваю, удивленно смотрю на него. Что он сейчас сказал? – Я видел твои эскизы, очень красиво рисуешь, – краснею от комплимента, искренне улыбнувшись.

– Спасибо. Но это невозможно, – неуверенно ковыряюсь вилкой в тарелке.

– Почему?

– У тебя дома нет швейной машинки, нужны ткани и еще много чего.

– Понял. Но это все решаемо, напиши список самого необходимого…

– НЕТ, – перебиваю его. Я и так пользуюсь его добротой, живу, можно сказать, за его счет. – Это слишком. Спасибо, конечно, но нет.

– Амин, паспорт будет еще не скоро. Я вижу, как ты маешься, сидя в четырех стенах.

Качаю головой. Если бы ты знал, что неживой этот цветок, Илья, давно мертвый.

– Послушай… – открываю рот, чтобы возмутиться, но меня бесцеремонно перебивают:

– Будешь шить дома. Захочешь, потом можем выставить на продажу твои работы. Я все устрою, – уверенно кивает. А у меня, кажется, дыхание стопорит. Маленький росток надежды расцветает в груди. Неужели я смогу работать, заниматься любимым делом?

Зажимаю рот ладонью и молча киваю.

Илья же широко улыбается, даже приосанился, словно выиграл долгожданную битву. Вид слишком самодовольный.

– Тогда пиши список. Будет свободное время, поеду куплю.

С самого детства я знала, чем хочу заниматься. Мне хотелось создавать красоту. И мама поддержала меня. Видела, как я горела той идеей.

Теперь в моей спальне появилось все необходимое: стол, крутая швейная машинка, ткани. Всевышний, какие ткани! Илья не поскупился.

Первым делом решаю сшить несколько нарядов для себя. Брюки и рубашку Илье. Мне хочется хоть как-то отблагодарить его.

Я больше не бездельничаю дни и ночи… Не пропадаю у телевизора.

Многие моменты все еще вызывают неуверенность. Но я храбро берусь за решение возникающих вопросов, затруднений. Просто потому что иначе не могу. Мне необходим жизненный якорь, то, ради чего мне хотелось бы просыпаться по утрам, есть, жить.