Опасная любовь

– Вы Антон?

– Да, здравствуйте, – явно волнуясь, ответил щупленький парень лет двадцати пяти, одетый в одежду, в которую ему было сказано.

– А я Никита.

Антон Иванович подал знак охране и протянул руку. Никита не подал руки и сухо сказал:

– Вы все приготовили, как мы договаривались?

– Д-да, – ответил Антон, уже сомневаясь, правильно ли он сейчас делает, что общается с этим человеком.

– А документы не забыли, а то там такая дама – каждую букву и деталь понюхает.

Вы, кстати, к деловым женщинам как относитесь?

– Извините, Никита, но могли бы Вы сказать кодовое слово, потому что я не совсем так представлял себе наше знакомство.

– Какое еще слово? – удивленно спросил Никита, наслаждаясь тем, как появлялся ужас на довольном лице молодого бизнесмена. – Антошка, – улыбнувшись, продолжил он. Антон ему в ответ смог только сглотнуть слюну. – Вы думаете, здесь с Вами шутки играют? С таким настроением я не вижу смысла Вас знакомить с ней.

– Простите меня, я первый раз на такого рода встрече и, Вы же понимаете, что на кону не только целое состояние, но и моя репутация, а это, пожалуй, самое важное.

– О да, я представляю, если Иван Венедиктович подробности узнает, но могу Вас успокоить – анонимность в приоритете не только у Вас, так что решайтесь и пойдемте уже…

Антон очень сильно нервничал, и это было заметно Никите, который знал эту стерву не первый день и примерно представлял, как будут проходить переговоры и что их ждет, но он ошибался…

«Это конец», – подумала она, когда молодые люди подошли к машине ближе.

Страх и возбуждение разрывали ее на части, но она не могла ничего изменить. Она не имела права перечить человеку, приказавшему ей раздеться…

– Садитесь, Антон на переднее сиденье, а я сяду назад, – сказал Никита…

У нее внутри все сжалось от страха, а сильное возбуждение очень мешало сосредоточится.

«Может, не заметит» – крутилось в ее голове.

– Здравствуйте, Светлана Александровна, – садясь на заднее сиденье, сказал Никита.

«Пожалуйста, не заметь», – беззвучно шептала она, шевеля губами.

– А почему Вы голая сидите здесь? – спросил он, разглядывая ее в полумраке.