Паноптикум

Что-то меняется в Диме. Страх и отчужденность вдруг пронизывают его. Он больше не узнает людей. Он видит деформированные грубые наросты чего-то дьявольского, больного, отрицательного. Огромное Божественное лекало внезапно превращается в циркуль с острой иглой, и эта игла ударяет сверху вниз прямо по голове Вики, проходит через ее позвоночник, разрубая ее молнией чьей-то злой воли.

Вика падает на песок перед продавцом. Наваждение исчезает как не бывало. И вот все уже как прежде, только Вика лежит на боку.

Дима вскакивает с места и бежит к ней. В голове у него все плывет и кружится.

– Что произошло? – кричит он продавцу, опускаясь на колени возле жены.

– Я не знаю, – трепещет мужичок, – она делала заказ, а потом вдруг упала. Я ничего не знаю, может быть, это солнечный удар?

«Удар. Солнечный удар», – думает Дима и понимает, что это скорее ламповый удар, а вовсе не солнечный. Викино лицо такое бледное, точно и не было у нее этого классного полумулаточного загара. Он трогает ее, хлопает по щекам, пытается разбудить, но все тщетно.

Неужели она все? Кончился завод? Дима кричит. Его кто-то оттаскивает от тела жены. Люди сгибаются над женщиной. Кто-то звонит в скорую. А где же дети, дети? – крутится в его голове. Может, и их уже нет, может, огромный глубоководный кальмар утащил их своим хваталками на дно моря, пока они тут все столпились вокруг бездыханного тела? Это была уже не его жена, а чучело. А где же тогда была Вика? Ведь есть закон сохранения энергии и информации, разве не так?

– Песчинок на этом пляже в триллионы раз меньше, чем миров, – вдруг слышит он голос над своей головой.

Дима смотрит наверх и видит мужчину в солнцезащитных очках. Волосы у него короткие и седые, а лицо как у актера. Что за черт?

– А? – сипит Дима, не в силах произнести что-то более вразумительное.

– Помнишь, я говорил тебе, что выполню свою часть сделки? – мужчина улыбается.

– Часть сделки, – тупо повторяет за ним Дима, едва шевеля губами.

Глаза у него расфокусированы, он не понимает, где находится.

– Да. Я выполнил ее. – Мужчина улыбается, да так широко! – Освежись, парень, – он дает ему стакан с лимонадом, с тем самым, что Дима пил, лежа на соломенной подстилке, но откуда этот лимонад у мужчины? И где дети, дети?!

– Кто ты? – хрипит Дмитрий, а в груди его разрастается дыра размером с квазар.

– Я – Билл, – отвечает мужчина и смеется. Он наклоняется к Диме и хлопает себя по коленям.