Вся в муке…

 – А сегодняшние женщины похожи на кукол – только шмотки, сиськи, губы, брови эти татуированные… Фу, трахаться и больше ничего.

– Пошляк, – сказала она и, смеясь, продолжила. – Каким был, таким и остался, теперь понятно, почему ты не женат.

– А ты вот почему не замужем? – накладывая салат ей в тарелку, спросил он. Мила сразу изменилась в лице.

– Не везет мне с мужчинами совсем. Отец – алкаш и бездельник, маму бил всю жизнь и мне жизни не давал. Единственное, за что спасибо, так это за скрипку.

Муж вообще мерзостью оказался, тоже меня бил постоянно. Нельзя так говорить, но я рада, что он был бесплодным.

– Дурдом, согласен. Расстались?

– Убили его три года назад…

Звонок телефона прервал их беседу.

– Извини…

– Алло. Да, это Никита. Вы прилетели уже?

– Да, сейчас мы доберемся в отель, и я готов.

– Хорошо, как будете готовы, звоните, я жду…

– Вот и работа.

– Ты так изменился, когда разговаривал. Такой серьезный стал.

– Ответственный, – подмигнул он и продолжил. – Очень серьезный человек прилетел, и мне нужно тайно организовать ему встречу с одной бизнес-вумен, – сказал он, загадочно улыбаясь.

– Ммм, серьезно.

– Если встреча удовлетворит обоих, то получится заработать сумму с множеством нулей.

– Понятно. Так ты уже уходишь?

– Нет, он позвонит. Ешь на вот перчик, давай.

– Спасибо.

– Ну, а вы с Юлей хорошо дружите, я так понимаю? Раз она тебя в компаньонки взяла, значит, доверяет.

– Да, мы же с ней «не разлей вода» с детства, практически всё вместе, даже первый секс… Ой, что это я разболталась, – засмущалась она.

– Не переживай, у нее от меня секретов нет. Месячные, первый поцелуй, секс и все такое, но я особо не помню подробных деталей этого всего, это как раз то время, когда родители, – он замолчал. Мила не знала, что говорить, и он это заметил и сказал. – Ну да ладно, жизнь продолжается!

– Конечно, и все у нас будет хорошо! Вот за это и выпьем, – поддержала его Мила.

Они чокнулись бокалами с вином и соком, выпили, и она спросила:

– Выходит, ты меня не помнишь?

– Неа, я же десять лет в Москве, а вы вон, повырастали все. Я вот скрипку помню хорошо, а внешность… Но то, что видел тебя, это точно.

– Это понятно. Я хоть и не сильно разгуливала из-за папы, но затворницей не была.

– У вас банда девичья была дружная.