Темный исток

Мы с братом ничего не ответили, только проводили молчаливым взглядом затянутую в фиолетово-черный летный костюм фигурку до лифтовой кабинки.

Как только створка бесшумно закрылась, Мекет гаркнул:

– Что это еще за новости, мать твою?!

Вопреки его явным ожиданиям я не стал шарахаться и лепетать оправдания. Лишь рассеянно оглядел пальцы своих обутых в сланцы ног и отстраненно напомнил:

– У нас с тобой общая мать.

От этого замечания лицо Мекета светлее не стало.

– Не умничай тут! Отвечай на вопрос!

Я вынул руки из карманов и, сцепив их за спиной, перекатился с пяток на носки:

– Ты же сам сказал, тебе все равно куда лететь.

Так какая разница, Яртелла это будет или нет?

– Не делай из меня истеричку, – прорычал Мекет, ударив кулаком по подлокотнику, – и не притворяйся, будто удивлен! Почему ты раньше не предупредил?

Я с трудом сдержал улыбку. Достаточно было представить, какую рожу братец скривил, когда узнал, что предстоит лететь в заброшенное логово лейров, и меня начинало распирать от желания гоготать во весь голос.

И ведь, что самое смешное, отказаться Мекет не мог – он взял аванс и кое-что, вероятно, успел проиграть. Заочно, разумеется.

Наконец, я нехотя ответил:

– Времени не было.

Но эти слова только сильнее разозлили брата. А мне-то казалось, сильнее уже попросту некуда.

Мекета сорвало с кресла и резко приблизило вплотную ко мне.

– Ах, вот как? Времени у тебя, значит, не было?

В лицо пахнуло перегаром. Я поморщился, но огрызнулся:

– Представь себе! Я был занят, спасая собственные конечности от своры злобных ящеров, которым, смею напомнить, ты меня и швырнул!

– Не вздумай переводить тему! – предупредил брат и отодвинулся первым.

 – Мы не о фебовцах сейчас говорим!

Я только зло усмехнулся:

– А чего так? Совесть мучает? Подумаешь, руку хотели оттяпать – большое дело! Сейчас же все, что угодно можно заменить протезом, правда?

Шпилька угодила в цель. Гнев Мекета начал заметно спадать.

Проведя ладонью по лицу, он опустился в кресло и сказал:

– Не говори ерунды. Я бы не позволил им причинить тебе серьезного вреда. Все было под контролем.

– Серьезного вреда? Охотно верю.

– А стоило бы! Я бы не рискнул твоей жизнью, если бы не был уверен в том, что тебе ничего не грозит. Я же все-таки твой брат!

Я собирался бросить в ответ что-нибудь желчное, но с удивлением обнаружил, что мне понравились его слова. Вернее, последняя их часть.