Темный исток

А вместе с ним и гнездовье неведомых крылатых тварей.

В мгновение ока мертвая тишина над ущельем разверзлась, и нас поглотил истинный хаос.

То ли птицы, то ли ящеры, подняв дичайший галдеж, заметались от стены к стене, вопя во всю мощь своих глоток. Они угрожающе разевали зазубренные пасти и, защищая свой дом, ринулись на нас всей стаей.

Мекет отреагировал мгновенно. Приказав нам с Дианой сгруппироваться рядом, он активировал маленький генератор силового щита, накрывшего нас энергетическим куполом.

Остервеневшие животные вылетали из разрыва, точно маленькие льдисто-белые снаряды, и бились о полупрозрачную мембрану с силой, равной хорошему снаряду. Твари отлетали на короткое расстояние, кружа и взбивая крыльями снежные тучи, и, не замечая шквалистого ветра, пробовали пробиться снова.

– Что это за птицы? – Диана испуганно вскрикнула, когда особенно настырная животина несколько раз подряд попыталась пронзить острым, как наконечник стрелы, клювом щит перед самым ее лицом.

– А наш профессор не в курсе? – попытался перекричать поднявшийся над долиной гогот Мекет. Выхватив бластер, он немного высунулся из-за щита и сделал несколько метких выстрелов по мерзопакостным созданиям. Три или четыре сбитых тушки тут же камнем ухнули вниз.

Зато еще как минимум пара сотен осталась.

– Впервые вижу! – возразил я, присоединяясь к стрельбе. Адреналин позволил отодвинуть гнетущее ощущение на задний план, заставив существо в ящике заурчать от удовольствия.

Брат сказал:

– Похожи на скальных якунов. Премерзкие твари, если интересно.

– А ты откуда знаешь? – искренне удивился я таким познаниям.

– Люблю смотреть «В мире галактической фауны», – хихикнул Мекет и еще парой метких выстрелов отправил несколько тварюшек на дно.

Я уступал брату меткостью, но скорость, с которой мой бластер выплевывал заряды, несколько уравновешивала этот маленький недостаток. Приятно было вспомнить старые боевые уроки.

Ор над искусственным ущельем стоял неимоверный и перекрывал завывания бесноватого ветра. Трупики сбитых на лету птиц градом сыпались на снег и в пропасть, а голодные и предприимчивые собратья тут же накидывались на них и разрывали в клочья, алым веером разбрызгивая кровь и внутренности по белому снегу.