Темный исток. Гробницы пустоты

– Благодарю вас, – прикинулась польщенной огианка и принялась деловито осматриваться в поисках… а, собственно, чего? Если прежде это место еще хоть как-то можно было назвать сносным жилищем, то годы, повышенная влажность и буйно растущая зелень превратили его в настоящие руины.

Любопытный рикша, как оказалось, разделял мои мысли:

– Я все не уразумею, что вы позабыли в этой дыре?

– Ключ к успешному завершению одной очень важной сделки, дорогой друг, – любезно ответила шаманка, продолжая шарить глазами по обильно поросшему сорняками полу.

– Тассия, вы бы подсказали, тогда б и мы включились в поиски, – заметил я, обводя взглядом стены с еле-еле видневшимися на них непонятными символами. Казалось, будто символы эти малевали кровью, притом не очень давно. От них так и тянуло каким-то потусторонним холодом и смертью. – Кто здесь раньше жил? И только не говорите: «ведьма». Я и сам это понимаю.

– Задай вопрос нашему спутнику, – откликнулась шаманка, указав на динетина, который все это время находился в каком-то блаженном ступоре и что-то невнятно бормотал себе под нос. – Ему эта история должна быть известна.

Услышав, что речь о нем, рикша чуток расшевелился.

– Ее звали Аманрой. Поговаривают, она была сильнейшей лейрой Рукава Маса и тесно дружила с аборигенами-махди. А еще она была живым растением. Но это, пожалуй, все, что я знаю.

– Как это «живым растением»? – удивился я. – Как ходячий куст что ли? В этом смысле?

Но динетин лишь скованно пожал плечами:

– Не ведаю, не представляю. Но так всегда говорили.

– О, и они совершенно правильно говорили, – таинственно заметила Тассия Руэ, выступив на середину комнаты, где и стоял потерянный рикша. – Сейчас мы попробуем выяснить, насколько близко молва подобралась к правде.

Она резко встряхнула рукавом, откуда тотчас же выскочило что-то блестящее и чрезвычайно острое на вид.

Шаманка взмахнула им, совершая молниеносный выпад.

Ни я, ни тем более бедолага-рикша не успели сообразить, что происходит, пока из горла старика не хлынула фонтанчиком кровь. Рикша инстинктивно схватился за шею и, закатив глаза, с отвратительными хрипами стал заваливаться на спину, пока, в конце концов, не рухнул на усыпанный прелой листвой пол.