Стальной Флегетон. Книга первая

– А я ответила! Пошла к чёрту, сука!

– Думаешь, я не смогу заставить тебя говорить? Да ты мне пять томов баллад сочинишь о том, что там произошло, ещё в стихотворной форме!

– Пошла к чёрту! К чёрту, к чёрту, к чёрту, отстань от меня! – у Светы началась настоящая истерика. Половина слов тонула в слезах, а другая всё равно не несла никакой полезной информации для предварительного следствия.

В коридоре объявились ещё два человека: ещё одна девушка, но совсем молодая, едва ли выглядящая совершеннолетней, с озабоченным выражением личика и в форме ORF – тёмно-синем пиджаке и плотной строгой юбке того же цвета; и рослый мужчина, чья кибернизация тела была заметна невооружённым глазом.

По крайне мере, судя по топоту, обе ноги в армейских берцах были аугментами, как и обе руки, не прикрытые тканью безрукавого тёмно-синего жилета. Парочка резко выделялась на фоне остальных людей, и если девушка – только тем, что не была с ног до головы перепачкана кровью, то парень – ещё и своим телом, почти полностью превращённым в смертельное оружие.

– Вика! – окликнула новенькая, подходя к спорящим. – Как ты? Как Руслан? Жив?

– Мария. Эдриан, – Вика переключилась на своих подчинённых, мысленно поблагодарив их за то, что они подоспели как раз вовремя, чтобы ситуация не накалилась до предела. – Вы где были так долго? Со штабом связались?

– Добрались максимально быстро, – ответил Эдриан, едва уловимо искривлённым голосом – спасибо различным вживлённым в грудь имплантам.

 – Жуткие пробки, даже для моего мотоцикла. Люди тут не привыкли к стрельбе. Или, скорее, уже отвыкли. Для них случившееся – невероятное потрясение, хотя…

– Штаб, чёрт побери, Эд, штаб!? – раздражённо поторопила Виктория.

– Установил связь. Но генерал Краснов пожелал говорить с тобой лично, через меня ничего не передал.

– Вика, тебе нужно отдохнуть, ты очень плохо выглядишь, – жалобно пролепетала Мария, теребя маленький собачий ошейник, повязанный у неё на правом запястье.

Рядом с киборгом, чей рост был и так ощутимо выше среднестатистического ещё до аугментирования ног, она уж совсем походила на ребёнка.

– Да, да… Лонгсайд, Ропоника, – голос Виктории, при обращении к подчинённым, вновь обрёл приказной тон. Субординация – есть субординация. – Глаз не сводить с палаты. Кроме врачей, которые выйдут отсюда, никого не пускать. Только тех, кто сейчас уже там. Приказ ясен?

– Так точно, мэм! – хором ответили оперативники.