Психокинетики-2

– Однажды к Мастеру прибежали жители его деревни, – театрально растягивая речь и подкрепляя ее плавной жестикуляцией, начал Карадин. – Они явно были чем-то напуганы: волосы на голове всклокочены, глаза округлены, одежда – первое, что успели схватить. «Мастер, Мастер, – галдели они. – Нужно срочно спасаться бегством! В нашу деревню идет огромный тигр!» Мастер прекрасно видел, насколько перепуган его народ. Но, прежде чем самому поддаться страху, он захотел лично убедиться в их словах. «С чего вы это взяли?» – спросил Мастер.

«Мы видели его ужасную тень на въезде в деревню». Вооружившись копьем, Мастер отправился к воротам деревни. Там он действительно увидел огромную тень, похожую на тигриную. Она скакала по отвесной горе – будто зверь мчался по дороге. Не ведая страха, Мастер вышел за ворота, готовый встретиться лицом к лицу с опасным животным. Но пройдя чуть дальше, он обнаружил, что тень эта – от зарослей бамбука, колышущихся в лучах закатного солнца. Никакого тигра, разумеется, не было и в помине.  – Закончив говорить, Карадин расслабленно похлебывал кофе. – Знаешь, какова основная мысль этой истории? – Он подался вперед, демонстрируя хитринку в опьяненных глазах. – Не нужно бояться тени тигра, который еще не пришел.

Давид сделал паузу, давая Артуру Валентиновичу возможность принять посыл.

– У тебя остались рычаги давления – используй их.

Волжанский хмыкнул.

– Мой последний «рычаг давления» – это бульдозер, который все раскурочит. Пока что мы работали тонко и держались в стороне.

А теперь мне придется действовать в лоб…

– Дипломатия сменяется тактическими операциями, инь переходит в ян – таков наш мир, – пожал плечами Давид. – Бывает, что прямая – и впрямь кратчайшее расстояние между двумя точками. Не бойся рисковать, когда на кону большие ставки.

Артур Валентинович молчал, погрузившись в свои размышления. Давид скатал лист ватмана с гексаграммой, протянул Волжанскому.

– Пусть будет у тебя. В качестве напоминания. Рискуй, Артур. Самое время выйти за ворота.

Александр приходил в себя крайне медленно и вязко. Он просыпался, не имея никакого представления о том, где находится и сколько сейчас времени. Зыбкая пелена сна отпускала нехотя. Присутствовало осознание того, что стоит только открыть глаза, как физическая немощь неприятно подменит собой расслабляющий пофигизм сновидений.

Так и произошло. Увидев белый потолок над головой, Кравчук рывком сел, болезненно поморщился от подкатившей тошноты.