Немезида белая

Под нами находилась разгрузочная зона с расставленными абы как деревянными ящиками.

– Сколько здесь камер? – щурясь в полумраке, спросил Лёня. – Две?

– Три, – ответил Круглов. – Там, там и вон там.

Лео картинно выпучил глаза.

– Но это же совершенно ни о чем! Учитывая отсутствие шлагбаума на въезде…

– Шлагбаумы есть, – вновь поправил Михаил Максимович. – Вон они, на съезде с дороги. Просто деактивированы, как и все остальные по территории. Мы включим их в день открытия.

– И тем не менее, с учетом наличия спального и, н-надо заметить, не самого благополучного района позади «Трикси», такого к-количества камер явно недостаточно.

 – В поиске поддержки Лео повернулся ко мне. – Ты как считаешь?

– Да, – кивнул я, – маловато камер.

– Видите – мнение профи! Мы предлагаем решить проблему элегантно и современно: «умные» датчики…

Круглов снял очки, помассировал переносицу. Теперь он выглядел не просто утомленным – мертвецки уставшим. Общение с Лео высосало из него остатки энергии.

– Остановитесь… – сказал Михаил Максимович.

– …Современные системы охраны еще и не на такое способны! – распинался Лео.

– Хватит! – громче сказал Круглов, и казалось, что это усилие его обескровило. – Послушайте, Константин…

– Леонид.

– Верно, Леонид. Прошу прощения. Я смутно помню, о чем мы беседовали в прошлую встречу…

– Ну как же, – натянул пробивную улыбку Лёня, – вы сказали, что рассмотрите мои рекомендации по обеспечению безопасности комплекса.

– Я так сказал?

– Слово в слово.

– Что ж, возможно. У меня в голове сейчас настоящая каша. Может быть, мы и обратимся к вам, но – не сейчас. Не за два дня до открытия.

Улыбка на лице сокурсника померкла.

– Но ваша охрана…

– Находится на том же уровне, что и система «Хорстона» – крупнейшего торгово-развлекательного комплекса Серпейска. И у него уже лет десять нет проблем с безопасностью.

– Н-но вы сказали…

– Что рассмотрю рекомендации, да, – с усталой терпеливостью согласился Михаил Максимович.

 – И сделаю это – но позже. Поверьте, сейчас хватает и других задач, более значимых. Давайте месяцев эдак через шесть-восемь.

– Полгода… – тихо вздохнул Лёня.

– Минимум. После того, как мы запустимся и более-менее войдем в рабочий ритм.

Лёня посмотрел на меня. В его глазах читалось отчаяние. Полгода – это слишком много. Лео столько не продержится. Он нуждался в работе, и неловкий отказ Круглова только что подвел черту под нескладной жизнью моего товарища.