Машины времени в зеркале войны миров

– Сейчас майор Шульц вспомнит одну несуществующую инструкцию, по которой перед сожжением какого-либо объекта, его надо облить со всех сторон бензином.

– А не керосином?

– Слушайте, не искажайте частностями общую, и такую прекрасную, надо сказать, картину мира.

– Да он забьет на инструкцию.

– Немец? На инструкцию? Это также невероятно, как если бы русский разбил ящик водки и не заплакал бы.

– Итак?

– Итак, Майор Шульц, вы забыли одну важную инструкцию. А Ваш заместитель, очкастая обезьяна….

Слышна немецкая речь.

Заводится мотоцикл и уезжает. Начинает идти довольно сильный дождь.

Староста. Что там еще?

Марина Сергеевна. Они поехали за бензином.

Староста. За каким бензином?

Марина Сергеевна. Майор вспомнил про какую-то инструкцию, по которой, любой объект надо обязательно… (Плачет).

Катя. Мама, мамочка. Что случилось? Почему ты плачешь?

Марина Сергеевна. Ничего, ничего, дочка, все хорошо.

Катя. А зачем нас заперли в этот амбар?

Марина Сергеевна. Нас выпустят, нас обязательно выпустят.

Учитель. Катенька. Ты пойди к деду Ивану и к тетке Наталье. Пускай они тебе сказку расскажут. А мы здесь взрослые поговорим. Дед Иван! Тетка Наталья! А ну, развлеките Катеньку. А то вы как голубки уже давно шепчетесь. О чем вы так оживленно разговариваете?

Дед Иван. О чем же сынок можно еще перед смертью-то разговаривать. О любви, конечно же.

Учитель. Ну-ну. Беги Катенька к ним. (После паузы, обращается к Старосте и Партизану). Вы же взрослые люди.

Неужели нельзя было языки прикусить? Зачем орать при ребенке про смерть, про все такое? Даже от возмущения слова подобрать не могу? (Слышен удар гонга). Что это? Вы слышали? Нет? Так. Что-то происходит. Нам зачем-то дали этот час. Ведь мотоцикл до ближайшей деревни и обратно, да по такой дороге будет где-то час ехать.

Староста. Ну, может минут сорок-пятьдесят.

Учитель. Даже если полчаса. Нам их дали зачем? Чтоб вы все тупо в пол уставились?

Партизан. Жизнь свою, посвященную борьбе за счастье человечества, чтоб обозреть вновь.

Учитель. Зачем сейчас жизнь свою заново обозревать? Что ты там сейчас нового увидишь? Раньше это делать надо было. Да и нечего там тебе обозревать, раз ты сюда здесь и сейчас попал. Мне тоже, к сожалению, вспомнить нечего. Хотя нет, я один раз с Далай-ламой встречался.

Староста. Чего делал?

Учитель. Ничего. Я ведь весь этот разговор только из-за ребенка затеял, я если бы не ребенок, сел бы и заснул прямо сейчас.