Летопись Затмения: Чему быть, того не миновать

– Тебе сложно отказать в правоте, друг мой, наш край бесконечно красив. Способность видеть красоту в уже привычном, – редкость. Мое сердце переполняет тревога и тоска, когда я думаю о том, что нам суждено вскоре покинуть княжество. Вместе с тем, моя душа волнуется и трепещет, изнывая от тяги к приключениям! Клянусь честью, хоть я и не бывал в других княжествах, но наша вотчина краше всех! Я до сих пор не могу прийти в себя от увиденного в дубовой роще древниц. Столь дивные цвета, странные животные, причудливые растения, а на ветвях дубов и вовсе лежит само небо.

Сказочное место, одним словом. Даже и не верится, что оно всегда было у нас под носом, а я отважился посетить его лишь недавно.

– Что верно то верно, лев, но не вздумай, будучи опьяненным своим настроением, рассказать об увиденном кому-то еще! Подумают еще, что ты браконьер или что с древницами якшаешься, как ни поверни, расклад не самый удачный. Древницы эти чудные уж шибко, насколько я осведомлен их народ представляют исключительно воинственные бабенки…

– Барышни, Готфрид, барышни, – укоризненно поправил Леон друга.

– Как скажешь, Леон, прости. Я еще не совсем пришел в себя после вчерашнего праздника, ночью в таверне можно не знать стыда. – Готфрид хитро улыбнулся, слегка напев последние слова. – Так, на чем я остановился? Ах, да, воинственные барышни древницы эти.

– Трудно с этим не согласиться, мой друг, но позволю себе заметить, что они просто защищают свою землю, а из-за своей нелюдимости стали жертвой множества домыслов и суеверий.

Я разговаривал с одной из них и был поражен ее мудростью и знаниями о растениях и травах.

– Взаправду? Ого-го, дружище! Почему же я слышу об этом только сейчас?

– Увы, рассказывать нечего, – Леон виновато пожал плечами, не желая разочаровывать друга. – Древница осведомилась о цели моего визита. Я ответил, мы перекинулись парой слов и разошлись каждый своей дорогой.

– Удивительно, что вы не перекинулись парой стрел.

– При мне не было оружия, нарочно, я хотел дать понять, что пришел не как браконьер, но как созерцатель. Гулять в их роще уже само по себе великий дар.

– Что же тебе сказала эта древница и как выглядела? Никогда их не видал вживую, только россказни мужичья слыхал, а они… ну, ты сам знаешь, под самогоном такого придумают, что и сами поверят, да еще от испуга иной пропойца заикой станет.