Летопись Затмения: Чему быть, того не миновать

Посмотри сам, как хороша собой, а уж как поет чудесно! Того и гляди засидится в девках, уже ведь четырнадцать ей! – покачав головой, посетовал Зотик и кивнул в сторону покрасневшей белокурой девицы, что сразу потупила взгляд.

– Безусловно, Анна прекрасная и достойная славного мужа дева. Но вот, что я тебе скажу, друг мой Зотик, по моему разумению, я не желаю выбирать себе невесту и не желаю, чтобы ее выбрали мне. Я хочу встретить свою единственную просто увидев ее и поняв это, не разумом, но сердцем.

На небе так много звезд и, наверное, мало кто осмелиться спорить о том, что одна красивее другой. Мне нужна моя звезда, которая будет сиять лишь мне, ярче остальных.

Слова Леона очаровали девушку, она смотрела на него завороженным взглядом, полным трепетного восхищения.

– Ах, Леон-Леон! Все такой же мечтатель, как и раньше! Витаешь в облаках, того и глядишь, в невестки себе птицу какую сыщешь! – расхохотался Зотик, похлопав по спине юного романтика.

– Прошу меня извинить, природа взывает к своему рыцарю-защитнику! – Готфрид встал из-за стола и накинув на плечи едва просушенный над печью плащ, вышел из дома.

Леон и Зотик продолжили беседу.

– Мой-то средненький представляешь как чудит, говорит на днях, – мол папа, а почему дровосеки не боятся рубить деревья, на них же небо держится!

Петр оторвал взгляд от рыцарских мечей и заулыбался, услышав, что говорят о нем.

– Восхищен фантазией твоего сына, это же надо было такое выдумать! Небо, покоящееся на кронах древ точно на колоннах.

Молодец Петр! – улыбнулся Леон, взглянув на мальчика.

Петр подошел к отцу и тот взял его одной рукой. В огромных руках Зотика ребенок выглядел крохотным. Отец усадил сына к себе на колени и поцеловал в макушку.

– Дети – это счастье, Леон. Покуда не появятся, не понимаешь этого, думаешь о том, как кому-то в голову вообще приходит завести этих шумных засранцев! – Ехал мальчик маленький, на лошадке серенькой – по ровненькой дорожке, по ровненькой дорожке, по кочкам, по кочкам, по ухабам, по ухабам, прямо в яму – бух! – Зотик раздвинул колени, и Петр едва не провалился, но отец удержал его за руки.

Ребенок пришел в дикий восторг от этой игры, а Леон, подперев подбородок, с умилением наблюдал за другом и его сыном. Анна смотрела на Леона и мечтательно вздыхала, втайне надеясь на то, что рыцарь обратит на нее внимание. Леон был рад встрече с давним другом и его семьей.