На перепутье двух веков. Сборник стихотворений

Беседовали узник с палачом:

«Тебя казню я утром, на рассвете.

Тут личная обида ни при чём:

У палачей ведь, братец, тоже дети!

Нелёгкая работа, старина,

У палача – карающей десницы,

Когда идёт жестокая война

И часто переполнены темницы.

Ну, да что там говорить, не серчай.

Сядь со мною, будем пить, наливай.

А работа мне моя (вот уж здесь!)

Надоела, что хоть сам в петлю лезь!

Но палачи нужны, однако, миру,

Хотя работа наша и трудна.

А ну, поэт, схвати в охапку лиру,

Поплачь о палаче его струна!

Эх, зря все ненавидят палача:

Мы очень скромный, в сущности, народ.

Не прём рубить по-глупому, с плеча,

Совсем не злые, а – наоборот.

Мы душу вкладываем в наше ремесло.

Свою работу честно выполняем.

Тебе, приятель, просто повезло:

Мы своего клиента уважаем.

Не какой-то я там дилетант:

У меня к работе этой талант.

Гильотины – это всё ерунда,

А палач – специалист. Это да.

Он пациента словом ласковым согреет,

Весь инструмент как следует протрёт.

Он покривить душою не посмеет

И не спеша пытать тебя начнёт.

О да, приходится мне узников пытать.

И тут, приятель, не до альтруизма.

Есть шанс своё искусство показать:

Высокий класс профессионализма.

Все инструменты строго по местам,

Привяжешь пациента к спинкам койки.

Ну, а они харкают в рожу нам!

И говорят порой, что мы жестоки.

А намыливать тугую петлю

Я, признаться, и сам не терплю.

И порой жалею, что короли

Не в тугой петле покой обрели.

Не благодарна, брат, у нас работа:

Ни почестей тебе, ни похвалы.

Глазам толпы доступен с эшафота,

И никуда не деться от хулы».

Палач наш, чуть не плача, говорит:

«Нет справедливости, и жизнь как страшный сон!

Почти всегда бывает знаменит,

Не кто казнил, а тот лишь, кто казнён!

Всю жизнь со смертью я плечом к плечу,

Хоть сам на плаху падай головой.

Существованье жалкое влачу

И из запоя вновь иду в запой!»

И, когда он во хмелю засыпал,

Всё равно сквозь пьяный сон бормотал:

«Будет боль нестерпима – поплачь».

«Спи спокойно, мой милый палач.

Я все пытки твои без наркоза,

Как награду, спокойно приму.

Дай мне яда смертельную дозу

И терзать мою плоть ни к чему».

Так пили однажды палач и кандальный,

Сидели, по-братски обнявшись, вдвоём.

Конец той истории, в общем, фатальный,

Но узник в тот вечер не думал о том.

11.08.1998г.

Дорожная

Шум и толчея перрона.