День народного единства

У нас, в СССР не так трагично это воспринималось. С точки зрения геополитического противостояния двух систем. Еле выговорил. Молодцы наши летчики. Как жахнули. Как жахнули. Жахнем! Жахнем! Жахнем! Ура. Наливай. Не могу. Тошно. Тошнит. Вкус этой водки поганой не могу больше переносить. Выпей «Кавказа». Покорители Эльбруса встречаются с покорителями «Кавказа». Простите, а покорители «Кавказа» это кто? Это мы, батя. Наливай. А не во что. Тогда из горла. Вкус «Кавказа». Потеряем мы это народное достояние и, увы, навсегда.

Вкус сладкий, тошнотворый, стакан выпьешь, а он назад просится. Секреты его производства, охраняются лучше, чем секреты производства «Кока-кола». Стоишь в парке, выпиваешь. Первая бутылка пошла. Вторая. «Кавказное» опьянение, оно особое. Мутное. Основательное. Скажем так. Тотальное. Осенью – осеннее. Весной – весеннее. Особое. Денег только мелочь осталась. В пивнушку пошли. А потом расходимся, как зомби. Вот один стоит около дерева, держится. Приседает. Падает. Потом встает, опять хватается за дерево и винтами. Винтами. Запрыгнул в трамвай. Доедет ли? Конечно, более трезвые товарищи должны провожать более пьяных. И даже до дома, даже до двери в квартиру. А где их сейчас возьмешь более трезвых? Вон один блюет около входа в пивняк. Милицию дожидается. Второй пошел пописать в туалет, не дошел, упал, не дотянув каких-нибудь двух метров. Все его спокойно обходят или перешагивают. Третий и четвертый идут в обнимку вдоль дороги, песни орут. Прохожие от них шарахаются. А пятый сел в такси из последних сил промямлил адрес и уснул на заднем сиденье. Откуда такие деньги? Товарищ? Товарищ! Проснитесь товарищ. Ну, просыпайтесь же. Такой праздник ведь. С Новым Годом! Как с Новым Годом? Я же только… Ну, да, двенадцать часов. Да вы не расстраивайтесь. Я один раз уже Новый Год в метро встречал. У меня вот сейчас с собой бутылка шампанского есть, давайте выпьем. Фу. Из горла, теплое. В нос дало. Из носа полилось. С Новым Годом! Как встретишь Новый Год так его и проведешь. Так у нас из года в год одно и то же. Как не встречай. На океанских островах все равно не дано. Так либо дома, либо в общаге, либо на природе. Вот еще одно место нашел – в метро. Вышел на улицу. Куда идти? Не помню. Память потерял. Где спать? Бошка трещит. Спал в подъезде. До вечера. Потом проснувшиеся и еле-еле кое-как передвигающиеся жильцы с красными, злыми лицами выгнали на мороз. Холодно. Когда же лето? Скоро. Но не все дотянут. Не все доживут.