Возвращение крестоносцев

К его счастью, на любопытного мальца обратил внимание крупный полицейский чин, одновременно тайный член «Опус Деи», той самой малоизвестной широкой публике организации, которая с чрезвычайным тщанием отстаивает интересы католической церкви в бушующем мирском море.

«Невероятный лицедей, – сообщил он в приватной беседе архиепископу Торонто. – В какой-то момент я сам был готов поверить, что он оказался на месте убийства случайно. Такой мальчик-одуванчик с прихватами садиста. Будет жаль, если превратится в обыкновенного мобстера».

Церковь вступила в сделку со следствием и родителями Ялуша, почти нелегально его вывезли в горный монастырь в Испании и начали готовить верного воина Христова.

Католическая церковь в эти печальные годы профанации западной цивилизации переживала этап, который с полным правом можно назвать возрождение. Тридцать лет назад, на пороге миллениума, большинство населения было убеждено, что христианские обряды – красивая дань человеческому прошлому и учение, проповедуемое священниками, не более чем набор ярких, но бесполезных в жизни фраз.

Когда же усталость от прогресса достигла своего предела, люди вновь стали обращаться к вечным истинам и искать в них если не ответы, то хотя бы долю милосердия.

Римская курия, к её чести, оказалась на высоте. Служители, от высшего пастыря до сельского ксендза, были тверды в своих убеждениях и отказывались поддаваться соблазнам материального мира. Христианская вера медленно, но последовательно начала вытеснять атеизм, при необходимости не гнушаясь методами.

Конкурентов у католиков не осталось. Церковь Лютера, когда-то благословившая научно-технический прогресс, при его конце оказалась символом зла и растеряла почти всех прихожан. Ортодоксы православия, мало представленные в Европе, увязли в распрях многолетней гражданской войны в России, которая началась сразу после скоропостижной смерти президента.

Папой Римским стал молодой человек тридцати двух лет, ирландец по национальности, он взял себе многозначительное имя Petrus Romanus.

Его избрание произошло в нарушение всех вековых традиций, без конклава, группой кардиналов и архиепископов из разных стран, реально руководивших церковью. Это был переворот, это был заговор, но люди, его совершившие, понимали самое главное – без кардинальных перемен церковь умрёт. Для перемен требовал вождь, им и стал тридцатидвухлетний Пётр II, упрямством духа напоминавший Франциска Ассизского, а способностью к интригам Игнасио Лойолу.