Черный поток

В волосах, зачесанных ровно назад, по моде середины прошлого века, еще остались черные пряди, а взгляд выцветших голубых глаз, пристальный и спокойный, показывал ясный ум. Опыта оперативной службы у начальника управления хватило бы на всех присутствующих вместе взятых.

Комсомолец Дидиченко отправился добровольцем из донецкого хуторка прямо в Афганистан, где служил в разведке и вернулся с двумя ранениями и тут же, прихрамывая и позвякивая медалями, отправился в школу милиции. Рассудительный и неторопливый высокий юноша с приятной улыбкой, который становился лучшим другом свидетеля за пять минут разговора, на уличной работе превращался в стремительного хищника, выслеживающего добычу.

Он был бесценным оперативником, настоящей легендой, пережившей смену вождей и знамен, заслуженно получил полковничьи погоны, и никто в Управлении даже шепотом не осмеливался заговорить при нем на тему пенсии. Старый лев, даже седой и усталый, был грозен, и все терпеливо и молча ждали, пока его сухие негнущиеся пальцы с трудом перелистывают страницы дела.

– Заноза в заднице… – проворчал он, не обращаясь ни к кому конкретно. Полковник сдвинул очки на нос, стараясь навести резкость, но мелкий шрифт было уже не разобрать. – Ладно… Петр Сергеевич, – продолжил полковник после долгой паузы, наполненной шуршанием бумаги и покашливанием, – давайте начнем потихоньку с результатов оперативно-розыскных мероприятий. Что ваши орлы интересного накопали…

Дидиченко обвел взглядом длинный узкий зал: коричневые деревянные панели, тяжелые гардины, мокрая чернота за окнами.

«Орлы» выглядели помятыми и недовольными. Республиканский, которому досталась самая неблагодарная работа по просеиванию через мелкое сито базы должников «Деньгомига», потер кулаком глаза, красные от недосыпа, и что-то тихо пробормотал себе под нос, сидящий рядом оперативник хмыкнул и покачал головой. Зигунов скосил на них глаза, хлопнул протоколом об стол намного громче, чем стоило, и в наступившей тишине начал:

– Георгий Иванович, я бы хотел сначала по поводу домработницы Красовского…

– Ну и что там? Почему ее не было в городе? – оживился полковник.

– Похоже, там все чисто. Пожилая интеллигентная женщина, на последнюю неделю попросила у Красовского отпуск, чтобы съездить в область, к сестре, что, собственно, и сделала. О происшествии ничего не знала, про старика не особо переживала, а из-за мальчика сильно расстроилась.