Последний грех

Длинные волосы а-ля хиппи сменила куда более консервативная стрижка, к которой Иван еще не привык.

Святослав Соколов проснулся некоторое время назад и уже в такую рань выглядел собранным и подтянутым. Спортивный костюм сидел на нем как китель (правда, было заметно, что его хозяин сильно похудел за последнее время), короткий, начинающий седеть ежик волос, чисто выбритый подбородок. Впечатление портил только косой шрам на щеке. Эта бугристая воспаленно-красная черта помимо воли притягивала любопытные взгляды, но майор предпочитал делать вид, что не замечает этого.

Четвертым пассажиром купе был мужчина лет шестидесяти, седой и немного потрепанный. При встрече он представился Петром Сергеевичем. Образ эдакого местечкового интеллигента дополняли плохо прикрытая остатками волос лысина и кривые роговые очки из семидесятых.

– А я, товарищ майор, вам сразу говорил: сразу ко мне! Сразу ко мне! – наставительно вещал он, с хрустом кусая соленый огурец.

Рассол закапал Петру Сергеевичу на впалую грудь и дешевые спортивные штаны с яркими цветными полосами, потек по совершенно неуместной красной майке, над которой на белой засаленной веревочке болтался алюминиевый крестик.

Чертыхнувшись, мужчина стал тереть мокрые пятна, и седоватая поросль на его голых худых руках заходила ходуном.

– Я в Медвежьем все знаю, – между тем продолжал он. – Я даже кандидатскую после Новосибирского института хотел именно по Медвежьему защищать. У меня все данные есть!

Не нужно было приглядываться, чтобы понять, что Петр Сергеевич выглядел подвыпившим.

Миронов же с Соколовым были абсолютно трезвые. Тем не менее они внимательно слушали собеседника.

– А что же не защитили, Петр Сергеич? – участливо поинтересовался журналист и пододвинул собеседнику пластиковую мисочку из-под пресервов, в которой лежали огурцы. Но тот отрицательно покачал головой и потянулся к одноразовой тарелке, на которой были сложены вареные яйца и порезанное кусочками сало.

– Да женился, Иван Иванович.

Петр Сергеевич положил себе еще пару кусков ветчины, сыра и внимательно посмотрел на дорогой коньяк и полуторалитровую бутылку вина, однако от очередного возлияния пока воздержался.

– Да не надо меня по имени-отчеству! – неожиданно смутился Миронов. – Я ж молодой пока.

– Э, нет! – возразил пожилой интеллигент, качая головой. – Вы хоть и молодой, но все-таки специалист, а у нас в Медвежьем будете начальником. СМИ – это ведь четвертая власть! Тем более телевидение.