Границы реальности

Де Анжу аккуратно обрезал заостренный конец позолоченной карманной гильотиной, принялся неторопливо и со вкусом раскуривать. Струйка дыма ударила Луизе прямо в лицо. Блондинка закашлялась.

– Простите, Генрих, я, кажется, отвлеклась, – виновато сказала девушка, наконец-то решилась задать вопрос, – могу ли я сегодня получить деньги?

Страх сдавил сердце. Луиза очень боялась властного и всегда спокойного мужчины. Тяжело было предугадать по поведению, мимике, жестам, что он предпримет в следующий момент. Разбираться в людях Луиза умела с самого детства, наблюдательная и чуткая, она легко понимала любого.

Потому Генрих пугал ещё сильней.

– У нас же с вами уговор, мисс. – Месье де Анжу выпустил ещё одну струйку дыма. Холодный взгляд впился в Луизу, подобно игле. – А он, вы сами знаете, дороже денег.

– Конечно, конечно, да, Генрих, – пролепетала Луиза. Глаза испугано забегали по сторонам. Отчаянно хотелось спрятаться, забиться в самую глубокую нору, лишь бы подальше от пронзающего душу взгляда.

Луиза отчетливо чувствовала, как взгляд проникает внутрь, что-то внутри смещает или передвигает. Страх стал лишь сильнее.

– Вам нечего боятся, моя дорогая. – Продолжая на ходу курить, месье де Анжу любовался грациозностью её походки. Луиза послушно кивнула и направилась вслед за ним по лестнице.

Ступени были высокими и неудобными для туфелек на высокой шпильке. Луиза чудом умудрялась не подвернуть себе ноги. Генрих же, напротив, легко скользил по лестнице в удобных, на невысоком каблуке чёрных лакированных туфлях.

Он даже не смотрел под ноги, продолжал дымить сигарой, и то ли из вежливости, то ли попросту не придавая этому значения, придерживал Луизу за талию.

Девушке вновь стало страшно, предательский холодок беззвучной молнией ударил в грудь. Она боялась упасть, но сильнее переживала насчёт денег и таинственного Генриха де Анжу, то такого ласкового с ней, а то, наоборот, строгого и непреклонного.

Воздух в коридоре становился сырым и прохладным, по коже девушки забегали мурашки.

Луиза недовольно скривила милое личико. Тусклый свет струился из небольших настенных ламп, темнота окутывала пространство, оттого дверь, находящаяся в конце коридора, казалась зловещей. Луиза потянулась вперед и замерла. Из щелей двери повеяло холодом, девушка вздрогнула, торопливо отдёрнула руку. Красивые голубые глаза распахнулись в испуге.

Лицо Генриха де Анжу сейчас не выражало ничего, кроме жестокости, горящей в глазах темным огнем.