Шепот Вечности

Королевские покои охраняло несколько стражников, сразу же расступившихся перед хранителем, сообщившим, что двое ковыляющих за ним мужчин – его спутники. Простая дубовая дверь, крепко подбитая железом ничем бы не выдавала, что за нею сидит властитель с Лучезарной Короной на челе. Эндри, проходи он просто мимо, подумал бы, что тут смотровая с бойницами для солдат, или оружейная. Будь он сам королем, двери его покоев бы подбивали золотом, или серебром. Как минимум, они были бы резными, как в арвейдских дворцах.

Внутри было немногим богаче, чем снаружи.

Сидя напротив окон, выходящих на море, Его Величество укутался в массивный плащ, глядя на бушующие валы. «Троном» ему служил обычный, крепко сбитый стул, скрипевший, когда король переваливался на нем. Он, казалось, даже не оглянулся, когда внутрь вошел Мьор Роллад, потревожив брата.

– Ваше Величество, – обратился к нему хранитель.

Мьор Гавейн, сделав глубокий вдох, потер в руках мерцающий изнутри глубоким золотым цветом обруч. Его Светлейшество выглядел уставшим и болезненным.

Он был стар, хотя родился немногим раньше хранителя Роллада. Густые волосы короля покрывала седина, проевшая их до основания. Они приобрели цвет морской соли, и пахли, кажется, ею же. На лице короля отражалась томительная усталость. Тяжелые веки на глубоко посаженных, как у брата, глазах, моргали с неохотой. Столь же седая, как шевелюра, борода, была пострижена ровно, но густые ее волосы неуклюже сплетались, выдавая то, что Мьор Гавейн не торопился за ними следить.

– Кто пришел с тобой, брат? – хриплый голос короля скрипнул, как ломающееся дерево. Голос старика.

– Наши верные подданные, рыцари, сир Каранай и сир Редмаунт, – когда их представили, Эндри и Джесси склонили колени, опустив головы. Король даже не оглянулся на своих гостей.

– Ваше Величество, – гордый представившейся встрече, сказал Каранай.

– Ваше Светлейшество! – столь же льстиво выговорил Джесси Редмаунт.

– Рыцари?.. – хмыкнул Мьор Гавейн, скривив губы. Он потер сверкающий обруч в руках, подняв его и водрузив на голову.

По покоям раздалось его тяжелое дыхание.

Где-то за стенами раздался грохот ударов волн, разбивающихся об острые скалы Каменных Челюстей. За толстые черные стены из морского камня этот гул почти не проходил, но сейчас краем уха Каранай услышал его довольно отчетливо. Такой громкий, словно под гнетом волн переломился один из каменных «клыков», окружавших твердыню.

– Сир Каранай принес весть от своего брата.