Шепот Вечности

– Зазря? – мать тут же нахмурилась, отстраняя его и обвинительно глядя сыну в глаза. – Зазря?! Они чуть не убили моего сына, эти звери!

– Ну, не убили же, – попытался улыбнуться он, успокаивая мать.

– Тебе весело, Данни? Тебе весело от этого? – она пыхнула гневом теперь уже на него. Это было очень странно и непривычно, видеть такой горящий взгляд матери на себе. – Я чуть не лишилась чувств от таких вестей, а тебе весело? Тебе понравилось тревожить сердце матери, Данни?

– Но, я… – не успел сориентироваться он.

– Ах, юная, ветреная головушка, – погладила она его по затылку, покручивая на пальцах струящиеся рыжие волосы, – это в тебе от отца! – она снова прикрыла глаза и вздохнула.

– Я жив и почти даже цел, – попытался пошутить Данни. – Теперь твоему сердцу спокойнее, матушка? – приобнял он ее в ответ одной рукой.

– Если бы они лишили меня сына – уж будь уверен, Данни, малой кровью бы не обошлось, – холодный огонь мелькнул в голосе леди Каранай.

Свист арбалетного болта.

Сверкающая в воздухе сталь бердыша. Данни помутило, когда ему представилось, что вместо раненого ребенка, леди Кинарин представили бы его располовиненное тело. Реакцию матери ему было сложно представить. Ужас, гнев и жажда мести, смещавшиеся в котле женского сердца, действительно могут обагрить весь мир вокруг своим ядом. Нет никого страшнее матери, мстящей за своего ребенка, это знал каждый мужчина.

Мать отступила на шаг, и теперь волнение и страх в ее виде сходили на нет.

Их заменяло другое, более рациональное чувство – возмущение.

– Ну и кто тебя на это сповадил? – прищурилась леди Кинарин, сложив руки на груди. – Ублюдок, индавирец или мой дражайший сын?

– Это… я сам вызвался помочь брату. А… – он выпалил не подумав.

– Так. Значит это все-таки был Энрик, – ее аккуратные губы сложились в узкую, гневную линию. Леди Каранай набрала воздуха в грудь. – Ему еще придется потрудится мне это объяснить.

– Энрик тут ни при чем.

Это же… дело чести, мама! На кону стояла гордость всего нашего народа! – он сказал первое, что пришло в голову.

– И это тоже – слова Энрика, – прищурилась мать. Это была правда.

– Но… – Данни запнулся. Мать хорошо знала своих сыновей.

– Ладно, оставим твоего брата на суд градоначальника, – хмыкнула Каранай, оглядывая сына. – Кто из них тебя так? – мать легонько щелкнула пальцем по его плечу.

– Ай! – вспыхнул Данни, морщась и касаясь плеча.