Бастард четвёртого мира. Том 1. Случайный авантюрист

Ведь редкий луч дневного света мог проскользнуть мимо ветвистой стражи, молниеносным ударом продырявить зелёный свод и, так и не достигнув дна, раствориться в царящем повсюду полумраке, из-за которого определить, полдень сейчас или поздний вечер, не представлялось возможным. Густая листва одинаково надежно скрывала как яркое солнце, так и кроткие проблески первых звезд.

В таких местах ночь наступала резко, стремительно. А подготовить лагерь для ночлега следовало до того, как тьма проглотит всё, что находится дальше вытянутого локтя.

Оставалось полагаться лишь на внутреннее чутьё и на примерный отсчёт часов, что Тамиор старательно вел от момента, как мы покинули предгорье.

– Не время ещё, – недовольно бурчал рыцарь при каждом напоминании о стоянке.

Между тем, когда в двадцати шагах впереди повсеместно заклубилась непроглядная серость, а стрекотание сверчков стало набираться мощи, белобородый всё же сбавил ход и скомандовал привал. Чаща расступилась и без долгих колебаний, будто стараясь угодить припозднившимся гостям, предложила нам небольшую уютную поляну, обрамленную рваными рядами кустарника, где и был разбит лагерь.

На этот раз жребий нести дозор первым выпал на долю Тамиора. Однако ночь быстро перевалила за середину, и не успел я сомкнуть глаз, как рыцарь уже настырно пихал меня в бок, знаменуя смену караула.

– Вставай, дружище, твоя очередь помирать со скуки, – зевая, проговорил он и, убедившись в моем окончательном пробуждении, потопал прочь.

Вялой пошатывающейся походкой здоровяк обогнул кострище, добрался до лежака и, опершись о колено, принялся укладываться, расправляя покрывала из шкур перед собой.

Но как только массивная голова воина подалась вперед, он тут же утратил равновесие, рухнул ничком и упоенно захрапел. Хотя я-то, конечно, прекрасно знал, что храпеть он начал ещё заранее.

Предвкушая долгие часы бдительного безделья, я уселся напротив лениво копошащегося в углях пламени, подложил пару поленьев в огонь, подтянул поближе портупею и, высвободив из ножен парные мечи, стал разглядывать вязь символов, выгравированных на каждом клинке.

Резкие рубленые буквы медленно сложились в слова.

– От духа к сердцу, – произнес я по слогам и задумался.

Я не слишком понимал смысл изречения, впрочем, в том, что мне удалось прочесть все правильно, не сомневался ничуть. Не сомневался, ибо то был древний язык броктаров – народа моей расы.

«…Могучие и не ведающие страха воины, рождённые в огне, чья кровь не течет, а кипит в жилах».