Бастард четвёртого мира. Том 1. Случайный авантюрист

Убедившись, что я всё-таки пробудился и заметил его присутствие, здоровяк рывком усадил меня на землю, скривил губы и поцокал языком.

– Нехорошо. Как нехорошо спать на посту, – нарочито заботливым тоном проговорил он.

– Ты не поверишь, – начал было я.

– Ну почему же? – перебил бородач. – Охотно поверю любой твоей небылице. Только расскажешь по дороге. Я ведь тебя не первый час уже растолкать пытаюсь. Опаздываем к сроку. Перекусим и пора выдвигаться.

Словно ничего больше не желая слушать, белобородый строго сдвинул брови, отрицательно махнул раскрытой ладонью и зашагал по направлению к стоянке.

***

Весь следующий час я взахлёб описывал бородачу своё ночное приключение. Тамиор слушал внимательно и задумчиво, на удивление воздержавшись от своих привычных острот. Закончив рассказ, я уставился на приятеля, ожидая от него хоть какого-то вердикта.

– Варанта, дружище, – помолчав с минуту, серьёзным голосом начал рыцарь, – я очень рад, что ты жив. Да и за свою невредимость рад тоже.

Возможно, рад даже больше, чем за тебя.

В его хмуром обеспокоенном взгляде проскользнула пара весёлых огоньков. Я тоже широко улыбнулся, почувствовав облегчение от того, что к товарищу возвращается естественный задор, и он снова шутит.

– Так, что скажешь? Кто или что это было?

– Бора и Тура, вот что, – проговорил Тамиор. – Так этих духов прозывают эльфы.

Сделав паузу, он нервно поскреб в бороде.

– Первые расы когда-то считали такое явление слезами гнева и милости Истоков – сущностей более могущественных и стоящих высоко над известными нам богами.

Тот сгусток костлявой слизи, как ты его описываешь, и есть Бора – эдакое сплетение ярости, злости, страха и скорби насильно прерванного жизненного пути. Дурное нутро убитого существа, алчущего мести. В нашем случае чудовище образовалось из душ забитых клыкарей. Такая… э-э-м… петрушка…

Здоровяк замешкался, подбирая подходящее слово.

– Да, петрушка… происходит, когда любое дикое создание, наделенное волей, лишается жизни преждевременно: истребляется ради навара или приносится в жертву полуразумными племенами ненадлежащим образом.

Причины бывают разные, – торопливо довершил он. – Второй же фантом, напротив – душа существа, утратившего мирской облик, когда силы самой земли решили оборвать его нить. Будь то гибель от крупного хищника или смерть от старости – всё это естественный ход событий.