Бастард четвёртого мира. Том 1. Случайный авантюрист

– Почему? – повторив те же заговорщические действия, прошептал я в ответ.

– Потому, что имеется у меня подозрение, будто те самые пресловутые чародеи-звездочеты сидят сейчас у себя в мастерских, смотрят на нас сквозь какое-нибудь сокрытое чародейское окошко и тщательно записывают каждую светлую мысль, дабы после больше никогда не ломать голову над названиями.

Некоторое время я обдумывал слова товарища. Затем моя физиономия стала расползаться в широкой улыбке, и несколько мгновений тишины взорвались громким и задорным хохотом обоих путников.

Облокотившись на спину, я отсмеялся, протянул руку к тюкам с добычей, уложенным возле наскоро сработанных из пары жердей и десятка перекладин волокуш, выудил из поклажи мех, заполненный наполовину элем, сделал несколько крупных глотков и перекинул питьё бородатому приятелю. Тот откупорил пробку и немного пригубил ароматного напитка.

– Вот ещё неплохое название, – тихо, как бы опасаясь воображаемых соглядатаев, продолжил воин. – Год «горного клыкаря».

При этих словах Тамиор поднял увесистую связку рогов, покоящуюся поверх упругого тюка из шкуры, и потряс ею перед собой. Да, такое название пришлось бы как раз кстати. Ведь именно оно и привело нас в Капризные горы, а впоследствии даже задержало чуть дольше, чем было намечено.

Мы с приятелем жили тем, что охотились на зверей. Местные и заезжие алхимики часто просили добыть кровь, когти, перья и прочие потроха редких существ, которые служили ценными реагентами для их ремесла.

И надо сказать, наша работа была труднее и в разы опаснее, чем, к примеру, простое истребление слишком расплодившихся в ближайших лесах диких кабанов по просьбе городского старосты. Но и оплачивалась она куда более звонкой монетой. Чародеи, маго-инженеры, ядотворных дел мастера и прочий учёный люд не скупились на золото и щедро вознаграждали за выполненные контракты. Потому-то, ровно десять дней назад, мы отправились в неприветливый, впрочем, носящий весьма зычное имя край, чтобы поохотиться на богатых костью и жилами тварей, и поправить тем самым здоровье наших донельзя исхудавших кошельков.

***

Капризные горы поистине являлись территорией недружелюбной. Гигантские извилистые хребты и отвесные массивы соединялись паутиной узеньких троп и редкими, не больше трех десятков шагов в поперечнике, кругляшами пологих проплешин, что сносно служили единственно возможными местами для коротких привалов и полноценного ночлега.