Бастард четвёртого мира. Том 2. Чего б не сулила безвестная даль

 – Проходи. Ты, верно, явился справиться о своём спутнике?

Выпрямившись, старейшина затопал ко мне, протягивая глиняную кружку с прозрачной жидкостью.

– Пей. Это вода.

Он жестом проводил меня к ложу, на котором, плотно сомкнув подрагивающие веки, лежал Тамиор. Раны рыцаря приобрели розовый оттенок и здорово затянулись за прошедшую ночь.

– Нам удалось побороть яд.

Старец посторонился, подпуская меня ближе, а добродушная улыбка украсила его смуглое лицо.

– Сильный человек. Он справится. Но ему всё равно потребуется несколько дней.

Мы не колдуны и не имеем знаний ускорить выздоровление. К тому же ничто не лечит лучше, чем долгий крепкий сон. А пока будьте нашими гостями столько времени, сколько потребуется. Как я и говорил прежде – мы не враги, – вождь успокаивающе положил руку на моё плечо. – И если так, то прошу тебя, броктар, присядь со мной возле очага. Продолжим наше знакомство.

Я расположился возле кострища и протянул к огню озябшие от непривычной сырости руки.

– Твоё имя, чужеземец? – вождь опустился рядом и с прищуром уставился на собеседника.

– Варанта, – представился я. – Нашего длинноухого зовут Давинти, а бородатый воин, – я кивнул в сторону спящего рыцаря, – это – Тамиор.

– Необычная подобралась кодла, – хмыкнул старейшина. – Во времена моего юношества недоверие между людьми и тилами всё ещё очерняло умы как первых, так и вторых. Броктары же следовали лишь убеждениям рода, предпочитая оставаться восвояси и укреплять границы собственных городов на случай очередной войны.

Однако же мир меняется быстро.

Тэхтат подозвал притихшую и с любопытством вслушивающуюся в разговоры взрослых девочку к себе.

– Нэката, принеси нам немного пищи, гость наверняка голоден.

Та кивнула и юркнула за занавеску. Не прошло и пары минут, как она появилась с деревянным блюдом в руках, одна половина которого была занята зеленью и толстыми белыми клубнями неизвестных кореньев, а на второй размещались две крепко зажаренные тушки болотных крыс.

Еда выглядела не слишком привычно, но источала густой аппетитный аромат, тогда как над тарелкой поднимался тёплый пар белого цвета.

– Я стар, чужеземец, – продолжил вождь, приглашая жестом к поданному угощению. – За этими сутулыми плечами не одна сотня лет. Для некоторых «время» –неумолимый палач, для меня же оно явилось наставником, что не только с каждым рассветом даровал новые ценные уроки, но и шаг за шагом вёл мою мятежную душу к корням, к устью рода.