Наследница. Кровь демона

Я знаю, что тебя убили и что ты каким-то образом возродилась. Одни говорят, что ты стала жертвой темных сил. Другие шепчутся, что сами боги вернули тебя, чтобы ты могла снять родовое проклятие. А третьи считают, что все было спланировано заранее и что этот спектакль устроили вампиры. Где здесь правда?

– Я не знаю, – устало улыбнулась Элисон. – Хейки и Райнер сами не ожидали, что я выживу. Правда болезненна, но, какой бы она ни была, я хочу получить ответы на вопросы: как, а главное зачем я вернулась к жизни?

– Мы это выясним, – пообещал Дарвин.

Его голос звучал веселее, но выражение лица оставалось напряженным. – А сейчас давай выбираться отсюда. В комнате тебя ждут горячая ванна, вкусный ужин и мягкая постель. Жаль, мне теперь не познать удовольствие от всего этого. Зато ты насладишься удобствами сполна.

– Я бы охотно променяла эти удовольствия на вечную жизнь.

Он посмотрел на нее не с удивлением – с ужасом.

– Ты не знаешь, о чем говоришь. В вечной жизни нет ничего привлекательного.

Существование вампира тесно связано со смертью, пороком и болью.

Дарвин снял со стены факел, и вместе они двинулись наверх, оставив крыс доедать объедки в темноте. Ее туфли стучали о черный мрамор, но в остальном в поместье царила непривычная тишина.

– Где же все? – удивилась Элисон, когда они поднялись на второй этаж. – Где Райнер и Хейки?

– Уехали. – Вполне ожидаемый ответ. Старшие Ричи не покидали поместье с тех самых пор, как вернулись из длительного путешествия.

Вампиры опасались нового побега Элисон, поэтому неустанно следили за ней. Прежних стражников, которых ловко обхитрили Дарвин и Тата, они казнили и, судя по всему, решили заменить их на нового тюремщика – Дарвина. Тем лучше.

– Хейки приказал тебе выпустить меня?

– Он самый.

– Но это наказание было не последним?

– Надеюсь, что последним. Как по мне, ты не заслуживала и этого.

Они зашли в ее комнату. Уже с порога Элисон заметила, что служанки отсутствуют.

– Я попросил, чтобы они не приходили, потому что сегодня о тебе позабочусь я, – пояснил Дарвин, заметив растерянность на ее лице.

– Попросил?

– Приказал. Приказы они исполняют охотнее, чем просьбы.

– Спасибо, – она с облегчением выдохнула, – а то я утомилась слушать их. Эти девицы только знай себе твердят о любви. Ничего они не понимают.

– Я так и подумал, – Дарвин позволил себе улыбнуться.