Наследница. Кровь демона

Кровавый след его деяний тянулся за ним, куда бы он ни направился: вампир оставлял позади бездыханные, иссушенные тела с едва заметными отметинами от клыков. Во всех он вселял праведный ужас, а бессмертный, полный всемогущества образ приближал его к богам в глазах людей.

Но даже бесчисленные жертвы не усмирили его голод надолго. Райнер не озвучивал свои опасения, однако внутри него сидела страшная мысль, что он никогда не насытится. Хейки пообещал, что через год все изменится, и оказался прав: после одиннадцатого полнолуния Райнер впервые испытал долгожданное насыщение.

Доверие старшего Ричи к Хейки укрепилось, ведь младший брат посвящал его во все тонкости становления вампиром. Разногласия между ними начались значительно позже. Как только Элисон стала подрастать, ссоры между братьями участились. А когда сестра достигла одиннадцати лет, их отношения испортились окончательно. Терпение у обоих подошло к концу, и если раньше Райнер уважал своего брата, то теперь действовал ему назло, желая уязвить его гордость. Хейки стал для него все равно что занозой в одном месте, и всему виной была Элисон.

– Лучше за собой следи, – проворчал Райнер, пригубив новую порцию вина. Воспоминания о первых месяцах после обращения уже оставили его, но он немного приободрился благодаря им. – И хватит копаться в нашем прошлом. Я пригласил тебя не для того, чтобы препираться, кто кому и чем обязан. Нам надо серьезно поговорить об Элисон.

– Прошлое для нас имеет куда большее значение, чем настоящее, но как скажешь, – Хейки удовлетворила перемена темы: он улыбнулся и отставил чашу с вином в сторону.

 – Я об Элисон и так постоянно думаю.

Райнер не сомневался. Брат спорил с ним по любому поводу, хитрил и строил козни у него за спиной, но, как только речь заходила об их сестре, тут же становился сговорчивее.

– Она должна заплатить за свой побег, – продолжал Райнер, с каждым новым словом хмурясь все сильнее. – Как ты уже знаешь, я придумал ей наказание…

– Мы придумали, – поправил его Хейки с довольной рожей.

Хвастливый и самовлюбленный брат никогда не упускал шанса перетянуть одеяло на себя.

Райнер скрипнул зубами.

– Да, не стану с этим спорить, – процедил он с неохотой. – И все же основную часть наказания придумал я. Но это все не имеет значения. Меня тревожит другое. Ты помнишь, какой она была в том замке?

– Бесстрашной, самонадеянной и дерзкой. А еще невоспитанной и язвительной.

– Она нас не боялась, – согласился старший Ричи. – Я наблюдал за ней.