Элита элит

Это почти неминуемо должно было привести к нашему уничтожению, причем при крайне низких потерях со стороны противника.

– Ну не привело же? – огрызнулся младший политрук.

Я заинтересованно посмотрел на него. Он что, действительно настолько тупой или просто притворяется?

– Благодаря тебе?

Иванюшин нахохлился.

– А вот благодаря тебе мы потеряли бо?льшую часть вооружения и припасов. И сейчас, вместо того чтобы уже через несколько часов присоединиться к нашим линейным частям и вступить в бой в составе полноценного подразделения, вынуждены будем эти несколько часов отрываться от преследования.

Последнее утверждение могло быть и неправдой, все-таки моя последняя серия наверняка очень сильно отбила у противника охоту к дальнейшему преследованию, но я все равно предпочел бы оказаться как можно дальше от места только что состоявшегося боя. Да и слегка погонять этого туповатого героя тоже следовало.

На ночевку мы остановились часа через три, хотя до темноты, судя по положению местного светила на небосводе, оставалось еще несколько часов.

Но мои подчиненные уже были на последнем издыхании. Поэтому я скомандовал привал и приказал обустраивать лагерь, а сам отошел подальше в лес и забрался на высокое дерево.

Леса здесь были знатные – густые, смешанные, по всему видно, реликтовые. И отчего-то состояли в основном из терранских пород. Похоже, ресурсы на терраформирование этой колонии были затрачены ну просто немыслимые. Как на Троне и еще десятке миров Метрополии…

Много мне разглядеть не удалось, но, судя по хвостам пыли на севере и востоке, нападающие уже обошли нас и теперь неотвратимо продвигались вперед.

А это означало, что шансы на встречу с линейным подразделением или частью весьма малы. Я быстро спустился с дерева и двинулся в обратный путь.

До поляны осталось около сорока шагов, когда до меня донесся нервный голос Иванюшина:

– …тебе говорю, не все здесь так чисто!

Я остановился и, присев на траву, немного напряг слух. В принципе даже на пятом уровне антропрогрессии человек способен сознательным волевым усилием увеличивать чувствительность основных рецепторов организма в несколько раз, а у меня их чувствительность даже в штатном расслабленном состоянии и без того превосходила среднестандартную биологическую раза в три.

Так что, несмотря на шум леса и птичий гомон, разговор я слышал прекрасно.

– Так чего тут не чисто-то, товарищ младший политрук? – спросил в ответ Головатюк.