Генерал-адмирал

На фоне той боли, что уже у меня была, как-то не впечатлило. Да и отреагировать на это, даже если бы и впечатлило, при охватившем меня параличе было бы затруднительно… Наконец он распрямился и уставился на меня озадаченным взглядом:

– Странно, ваше императорское высочество, очень странно. Ваше падение с лошади никак не могло привести к тому, что я наблюдаю. Вашу полную неподвижность можно было бы объяснить травмой позвоночника, но я не диагностирую травмы. И дышите вы хорошо, ровно, и повышения температуры у вас нет.

 – Врач покачал головой. – Очень странные симптомы, очень. Пожалуй, я выпишу вам укрепляющую настойку, и будем уповать на милость Господню. Я так понял, ве?ками вы владеете?

Я тут же зажмурился, зафиксировав, что и мой реципиент, оказывается, тоже упал с лошади.

– Хорошо. Сиделка будет все время рядом с вами, и ежели что в вашем состоянии изменится, меня немедленно пригласят. А пока решим, что я осмотрю вас завтра с утра. Вы не возражаете?

Я снова смежил веки.

– Вот и отлично.

Засим позвольте откланяться…

Оставшееся время до вечера прошло для меня однообразно. Я молча лежал, страдая от боли и гоняя в мозгу ту информацию, которая была мне доступна. От визуальной до фактологической. И в итоге принял как рабочую гипотезу предположение о том, что меня как-то перенесло в тело некоего члена императорской фамилии, правящей в стране, где вроде как говорят по-русски. И судя по некоторым косвенным признакам – дизайн и материалы мебели, одежды, посуды, применяемые врачами методы диагностики и т.

 п., – эта страна находится на уровне, приблизительно соответствующем по моим дилетантским представлениям дореволюционной России. Насколько дореволюционной – еще предстояло уточнить. Во времена Первой мировой вроде как эполеты уже не носили. С тем я уснул.

Утро началось бурно. На этот раз обмануть сиделку не удалось. Впрочем, я и не старался. Так что мое утро началось с того, что со мной поздоровались, после чего довольно ловко подсунули утку и парой, как мне показалось, привычных движений простимулировали мой организм ею воспользоваться.

До сих пор у меня такого опыта не было, поэтому чувствовал я себя несколько… смущенно, что ли. Но поскольку за ночь никаких изменений в моем состоянии не произошло, выразить это смущение мне было нечем. Даже если бы я этого захотел. Затем меня напоили парой ложек довольно горькой настойки и попытались покормить. С последним вышло не очень – организм пищу почти не принимал.