Ком

Тем не менее, при взгляде почти на любой стол, сколь бы вычурным и… это… креативным он ни был, мы всегда четко знаем, что это стол. А вот единицы измерения, все равно чего – времени, расстояния, веса и так далее, наоборот – очень конкретны. Да уж, похоже, языковый пакет – не абсолют, и самому тоже придется постараться. И… сколько там пять-шесть ски в сутках получается? Так, в сутках у нас… 86 400 секунд, а этих дирсов в их ски – ровно 100 000. Значит, получается… где-то шесть-семь суток. Ну если, конечно, наши секунды не так уж сильно отличаются от их дирсов.

Все-таки один вздох – величина очень приблизительная, и, соответственно, отличие дирса от секунды может быть в разы в ту или другую сторону. Ну да ладно, не до этого сейчас…

– Значит, мы доберемся до Самиельбурга за пять-шесть ски? – уточнил он у женщины с кошачьими глазами.

– Нет.

Андрей удивленно воззрился на нее.

– Но ты ж… а, понял-понял, ладно. Но вот что я хотел спросить: что бы ты нам посоветовала делать, когда… ну, то есть, если мы доберемся до поселения?

– Тебе?

– Ну, нет, нам всем, семерым.

– Семерым? Разойтись в стороны и каждому заняться тем, на что он способен. И лишь потом, когда вы поймете, что уже способны выжить в Коме, можете, если захотите, встретиться и поговорить о дальнейших планах. Ну, те, кто выживет, конечно, – с этими слова она поднялась на ноги. Причем не одна. Все «инопланетяне» сделали это одновременно. Ой, прав, Степа, как-то они между собой переговариваются.

– Все, пора идти. Тебе придется поесть на ходу.

И они двинулись.

3

После первого привала они двигались еще часа два. Причем эти два часа им дались куда как тяжелее, чем первый переход. Дорога действительно стала заметно хуже, так что скорость движения снизилась, а стоны Федюни стали совсем невыносимы.

Когда объявили об очередном привале, Андрей уже готов был просто бросить тушку Слийра и рухнуть на камни. Проклятый «инопланетянин», казалось, прибавил в весе раз в сто. Тем более, что женщины выбились из сил уже давно, так что последний час Слийра тащили исключительно мужчины.

Однако долго полежать ему не дали. Едва он успел чуть отдышаться, как к нему подполз Степа.

– Давай, Андрюх, иди.

– Да дай хоть чуть передохнуть, черт неугомонный! – простонал Андрей.

– Вот и передохнешь заодно. Чай, языком молоть – не этого типа волочь. А нам сейчас край нужна информация. Любая. Что-то мне это место совсем непонятное.

– А кому понятное-то? – устало огрызнулся Андрей.