Правило русского спецназа

Он даже попытался ухватить ее зубами.

– Ты что, голоден? – спросил Небогатов.

– Нет, – удивился Полубой, – с чего ты взял?

– Тогда прекрати глодать пальцы и слушай: пока что ты – пассажир. На этом корабле я царь и Бог. Вот ты строишь обиженную физиономию, а между прочим, если бы я не поставил тебя на место, то потерял бы часть своего авторитета среди офицеров. Да-да, мой милый господин майор. Ты должен знать, что на совещании в кают-компании имеют право высказываться только офицеры корабля. Если, конечно, тебе не предложат выступить.

Тебе предлагали?

Полубой сконфуженно кашлянул:

– Ну ладно тебе… ишь как обернул! Я же еще и виноват оказался.

– Авторитет командира нарабатывается не один день, не один месяц, а может, и не один год. У вас что, не так? То-то и оно. Ладно, проехали. Давай лучше подумаем, как соблюсти секретность. Может, и вправду отменить увольнительные?

– Нет. – Полубой покачал головой. – Вот тогда и возникнут вопросы: почему экипаж не отпускают на берег? Чего боится капитан Небогатов? Поговори со старшинами – они личный состав знают лучше офицеров, и тех моряков, которые могут себе позволить лишнего, – Касьян прищелкнул пальцем по горлу, – придержи на борту.

С остальными придется провести душеспасительную беседу о соблюдении секретности, но это уже мелочи.

– Добро. А вот насчет твоих ребят у меня есть отдельное соображение. Помнишь историю морского права?

– Откуда? – удивился Полубой. – Столько лет прошло.

– А я вот помню. Был такой указ Петра Первого, и касался он, как мне теперь представляется, таких же парней, как твои.

 – Небогатов прикрыл глаза, делая вид, что вспоминает. – Ага, вот как он звучит: «Морских служивых людишек, кои окажутся по роду службы в иноземных портах, на берег не списывать. Ибо эта чернь слова доброго не скажет, а драку учинит незамедлительно».

– Ну… ты… – от возмущения Полубой потерял дар речи, – да мои орлы…

Небогатов расхохотался, хлопая себя по коленям.

– Купил… Как я тебя купил, а? – Он отсмеялся, вытер выступившие слезы и посерьезнел.

 – Нет, дело, конечно, не в указе Петра Великого. Просто уж очень сильно твои «медведи» отличаются от моряков. Достаточно внимательный взгляд сразу определит, кто есть кто. Ну а так как пассажиров на борту эскадренного миноносца не бывает по определению, то уж извини – придется тебе с ребятами куковать на борту.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».