Путь Князя (сборник)

– А что она к тебе прилипла-то? – удивился Данька.

– Ну, я это… – слегка стушевался Гаджет, – тоже ж вроде как пролетел. Вот и отрабатываю…

* * *

Утром в понедельник, когда Данька вылетел из общежития, как обычно, почти успевая на занятия, его окликнул Анзор:

– Эй, Данька, да погоди ты… вот чумной, да.

– Анзор, я это… – притормаживая, взмолился Данька, – потом, ладно…

– Да я ничего… – пояснил Анзор, – я хотел сказать, что у нас все свободно, да. А меня сегодня не жди. Я у родственников ночевать буду, да.

Так что если кому надо переночевать…

Окончания Анзоровой речи Данька не услышал – свернул за угол. Но догадаться было несложно. Раз Анзор сегодня не ночует в комнате, значит если Даньке надо будет кого-то разместить, то он вполне может это сделать. Анзор совершенно не против. Вот только как это получается, что, если надо Анзору, он всегда делает это, когда ему надо, а Даньке, получается, можно, только когда разрешит Анзор…

Впрочем, все выгоды Анзорова отсутствия Данька осознал только вечером, когда, поужинав супчиком из «бомж-пакета», заправленным куском слегка заветревшей колбасы, понял, что он наконец в своей комнате и совершенно один! А посему может спокойно поподробнее ознакомиться со своей находкой.

Данька осторожно запер дверь, вытащил ключ (специально, чтобы казалось, что дверь заперта снаружи) и, выключив верхний свет, уселся на кровать. Некоторое время молча сидел в темноте, слушая шум в коридоре, голоса, дребезжание магнитофона в комнате сверху, звяканье кастрюль и всякие иные звуки, которые человек обычно не замечает.

Но сейчас они казались ему чрезвычайно важными и значимыми. Будто тот, привычный мир внезапно куда-то отодвинулся, отделенный стеной темноты и тонкой загородкой дверного полотна. А сам Данька оказался в каком-то другом мире, где повседневная суета не имела никакого значения… И это было настолько новое и странное ощущение, что он некоторое время неподвижно сидел, вслушиваясь в звуки, при помощи которых, как ему казалось, обыденный мир пытается достучаться до него, забрать, затянуть обратно в свое затхлое нутро, и в то же время чувствуя себя на редкость защищенным, сильным и уверенным в себе…

Данька встал, подошел к столу и, включив настольную лампу, расстелил под ней два листа чистой бумаги.

Затем достал из рюкзачка свою находку…

Пеналец раскрылся без особых проблем. Заскорузлые кусочки высохшей кожи отделились от пенальца достаточно легко, а воск просто осыпался.